Зато почти все хотят урвать у жизни всё, что можно. Потому что не верят, что после смерти получат награду за праведность.
Нужен прорыв. Сейчас, пока люди ещё помнят, к кому обращаться в случае чего. И никакой механик не встанет на пути у Эдема. Убили одного, и другой не помешает. Печати будут сломаны — все до единой!
Михаил Петрович машинально потрогал нагрудный карман итальянского костюма в мелкую полоску. Место для очередного ордена пока пустовало. Но это ненадолго!
Лишь бы чёртов пахарь не накосячил снова…
Нет, этого мало! Нельзя рисковать, дожидаясь, пока Каин восстановится. Нужна подстраховка. У хорошего стратега всегда есть запасной план. Да и время поджимает. Кто знает, как быстро Марбас наберёт силу.
Михаил Петрович быстро подошёл к столу и снял трубку. Указательный палец несколько раз ткнулся в диск, набирая номер. Как только на том конце ответили, сказал:
— Лейла, бери Даниила и ко мне. Для вас есть дело. Подробности по прибытии.
Глава 11 Куда корни растут
— Талант, — довольно сказала Бастет, когда в комнате раздался сухой щелчок бойка, ударившего в пустоту. — Выкрутился. Кто-то сказал бы «жульничество», но я ценю находчивость. Уважаю тех, кто видит лазейки и добивается результата.
Выхватив у меня из руки револьвер, Лиза откинула барабан и уставилась на пустую камору.
— Он его прокрутил до нужной позиции, — сказала ей Бастет. — Я нарочно достала один патрон: очень было интересно, догадается ли. Догадался.
Лиза подняла взгляд на меня.
— А если бы он не вспомнил, что барабан проворачивается при взведении курка на одну позицию⁈ — спросила она глухо.
Бастет пожала плечами.
— Тогда тебе вынесло бы мозги. Надеюсь, ты позаботилась о том, чтобы обзавестись потомством? А то куда твой дух переместится, если ангелы вдруг решат, что телохранитель — слишком серьёзная помеха?
— Не решат, — сказала Лиза, возвращая барабан на место. — А если и решат, просто убить не посмеют. А спровоцировать себя я не позволю. Хрен им!
Револьвер она положила на журнальный столик между чашкой и блюдцем с крекерами. Под тонкой кожей почему-то играли желваки. Мне показалось, что реакция Лизы связана не с тем, что ей едва не прострелили голову, а со словами о провокации ангелов. Как будто они задели её за живое.
Но сейчас меня интересовало совершенно иное.
— Стоп! — проговорил я, не вполне понимая, действительно ли услышал то, что услышал. — В каком смысле — куда переместится её дух⁈
Бастет развела руками.
— Ну, а как иначе? Нельзя же убить то, что бессмертно. Уж если человеческие души вечны, то что говорить о нас?