Конечно, на боевое слаживание, ремонт всех повреждений, знакомство с новыми системами должно было уйти ещё некоторое время, возможно — немаленькое. Тем не менее теперь в случае нападения на наши корабли они могли как минимум хорошенько огрызнуться. И я очень надеялся, что дураков лезть и проверять реальную боеспособность команд в системе не найдётся. А насчёт абордажа так и вообще можно было не волноваться — учитывая, что по всем трём кораблям примерно поровну рассредоточились репликанты, а эти ребята уже делом доказали свою эффективность в космических боях.
Кроме будущих экипажей миноноски и второго корабля, мы прихватили с собой некоторое количество специалистов службы безопасности, а также Аррака в сопровождении целой бригады инженеров и техников разного уровня квалификации. Среди последних присутствовал и бывший главный мастер Белых — бедолага Окунев. Он теперь до чёртиков боялся меня и, видимо, до сих пор не мог поверить, что пронесло и остался в живых. Только оказавшись на борту «Косатки», бедолага тут же забился в каюту, которую ему предстояло делить с группой других специалистов, и ни разу больше не выбирался из неё.
Аррак, напротив, был, кажется, одновременно везде и всё время. Узнав о захваченных репликантами призах и о необходимости приведения их в порядок после абордажа, лок тут же зажёгся — его энтузиазм можно было бы поделить на десятерых. Ведь это было именно то, ради чего он и ушёл со мной: возможность работать с настоящими боевыми кораблями, и не столько даже чинить их, сколько доводить до ума и модифицировать — а в том, что он оттянется на полную, я ни секунды не сомневался. И пусть нам достались всего лишь старая имперская миноноска и переделанное из гражданского судна не пойми что, для скучавшего много лет на верфях Пси Червя техномансера возможность поработать с ними стала настоящим подарком.
Побросав все дела, Аррак тут же принялся забивать трюм «Косатки» различными материалами, запчастями и расходниками, непонятно откуда взятыми и свинченными. Всё это выглядело чрезвычайно подозрительно — на лапуте ведь, по идее, не должно быть ничего лишнего, любая деталь нужна и имеет своё место. Но лок клялся и божился, что ни одна из систем летающей платформы не пострадает. Мне приходилось верить ему на слово.
Прервать это торжество жадности смог только Громовержец. Когда наш дракон понял, что его буквально обложили со всех сторон и скоро будет просто не расправить крылья из-за забившего трюм разнообразного хлама, он просто пришёл в бешенство и разломал подвернувшийся под горячую лапу автоматический погрузчик, выкинув его обломки и всё, что он приволок, за борт.