Если не знать, как он реагирует на технику, тем более боевую — можно было бы подумать, что лок сейчас бросится на меня.

Но нет. Он всего лишь увидел воочию настоящий имперский дредноут.

— Аррак. Глаза тебя не обманывают. Это действительно вершина эволюции боевых кораблей человеческой империи. Той, которой больше не существует.

— Но я слышал, что таких больше не существует…

— Я тоже это слышал. И тем не менее — смотри, любуйся.

На передние экраны «Косатки» была выведена картинка со сканеров дальнего обнаружения. Она показывала очертания поистине исполинского корабля. Наша яхта казалась по сравнению с ним крошечной спасательной шлюпкой.

Вытянутый пирамидальный корпус длиной в несколько километров ближе к корме плавно переходил в крестообразную конструкцию из четырёх мощных «крыльев», с вынесенными далеко в стороны цепочками маневровых двигателей, — причём, каждый из этих двигателей был больше, чем вся наша «Косатка» целиком.

Нос корабля венчала исполинская полусфера орудийной башни, из которой торчали стволы строенной установки главного калибра. Опять же — наша жалкая пушечка по сравнению с каждым из могучих раструбов выглядела просто несерьёзно, словно карманный дамский разрядник на фоне гаубицы.

Ровно посередине между носом и кормой: сверху, снизу, справа и слева, под углами в сорок пять градусов к крыльям, чтобы иметь возможность стрелять и назад — располагались ещё четыре башни главного калибра, правда эти — всего лишь сдвоенные.

На фоне всего этого ярусами, так что каждая следующая находилась чуть выше предыдущей, ютилось несколько десятков пушечек помельче: совсем крохотных противоабордажных и заметно более серьёзных зенитных, способных эффективно противостоять вражескому москитному флоту и даже небольшим кораблям.

Виднелись и ворота ангаров для истребителей. Вряд ли на борту их могло уместиться много, но всё же какое-никакое прикрытие обеспечить они были способны, а может и нанести первый удар на большом расстоянии…

И да, главное во всём этом — факт того, что мы смогли-таки найти дредноут дядюшки, причёмдовольно быстро.

Не надеясь на возможности собственных сенсоров яхты, выпустили несколько дополнительных зондов, расширив и без того немаленькое поле видимости. Но это оказалось излишним. Больше пользы принесли проведённые мной предварительные расчёты и выявление точек возможного местонахождения корабля.

Без этого можно было бы просеивать пространство неделями, прежде чем смогли бы его отыскать — даже с нашей скоростью и чувствительной аппаратурой. А так мы нашли дредноут меньше чем за сутки. Он прятался возле одного из вычисленных мной астероидов, скрываясь от посторонних взглядов с его теневой стороны.