Мы с дочерьми дружно расхохотались. Он не понял, почему мы так восприняли его слова.

— Все очень серьезно. Это ради вашей же безопасности, — упорно повторил он.

— Сейчас объясню. Мы смеемся потому, что вы приняли за сестер моих дочерей.

— Прошу прощения, но вы выглядите совсем молодой. Слишком молодой, чтобы у вас были такие большие дочери, — ответил офицер с обаятельной улыбкой.

Мы пошли дальше своей дорогой, но он снова нас остановил.

— Могу ли я предложить вам кофе? — спросил он, так же обаятельно улыбаясь.

Такая просьба озадачила нас.

— Пожалуй, нет: я очень боюсь, что меня увидят в вашем обществе. Мои родственники живут совсем рядом, а слухи здесь распространяются очень быстро.

— Понимаю вас. Тогда давайте поступим вот как: я оставляю вам свой телефонный номер, и вы мне позвоните. Тогда никто не узнает о нашем общении. Что вы об этом думаете?

Я искоса взглянула на девочек. Нора улыбалась, делая мне знак согласиться.

— Хорошо, но давайте побыстрее.

Он протянул мне визитную карточку и с улыбкой пожелал благополучного возвращения. Удаляясь, он много раз оборачивался. Как же меня радовала его улыбка!

В тот вечер наш телефонный разговор продолжался почти до рассвета. Я говорила, а Хусейн меня слушал. Обратное — когда говорил он, а слушала я — было таким же легким и приятным. Мы условились созвониться завтра вечером. Я не могла уснуть, бесконечно перебирая в памяти наш разговор и будто снова видя его лучезарную улыбку.

Этот офицер со стройной фигурой и приятной внешностью притягивал меня с того самого мгновения, как наши взгляды встретились. Я была под обаянием его персидских глаз — черных с тысячью разных оттенков. Его лицо освещалось озорной улыбкой, поднимающей его светлые, густые, почти рыжие усы. Я не могла объяснить, почему все это кажется мне таким привлекательным: никогда раньше я не чувствовала ничего подобного. Может быть, причиной тому было воспоминание о том военном, на которого я еще в ранней юности смотрела из окна, или то, что внешне он был полной противоположностью Абделя. Не знаю, но я витала в облаках!

Приготовив завтрак, Нора пришла меня разбудить. Я с трудом открыла глаза.

— Ты долго говорила по телефону, не так ли? — с шутливым видом поинтересовалась она.

— Не говори так с матерью! — смеясь, ответила я.

— Мама, он тебе нравится?

— А что ты сама об этом думаешь?

— Довольно красивый, кажется хорошим человеком. Но хватит о нем. А теперь поднимайся!

Я размышляла… Должна ли я продолжать наши беседы? Что со мной будет, если родственники узнают об этом до того, как я получу официальный развод? С одной стороны, я боялась, как это воспримет мой отец, но с другой — не была готова отказаться от радости, которую давал мне этот молодой человек. Для меня он тогда был идеальным мужчиной.