Может, тогда поединщики на мосту сдерживались, боясь убить, может быть и впрямь и Итий Матон, и Гийом из охраны неведомого мне идара не владеют в полной мере путём меча, а может быть, Гийом ленился показать всю свою силу.

Но я уверен, что останови Итий меня сейчас и я бы прошёл его мост веры так же быстро, как это сделал и Гийом. Если он проявил бы столько же силы, сколько и против Гийома.

В шатёр скользнул Синеглазый, в одной руке сжимая кувшин, в другой четыре кружки. Налил каждому из нас. Мне, Итию и Фату с Хасоком, чья очередь сегодня была отдыхать, а не мокнуть под дождём. Вино оказалось подогрето.

Следом вошёл Илиот. Сделав всего шаг, замер, пальцы его замелькали, складываясь в печати. Десять ударов сердца и от него во все стороны метнулись крошечные алые искорки, осели на земле, ткани шатра. И тут же в шатре начало стремительно теплеть.

Хасок тут же откинул с себя шкуру и довольно сказал:

— Как же мне повезло, что я с тобой в одном шатре. Иногда я даже сомневаюсь, стоило ли в Кузне менять внешние техники на внутренние. Что ни говори, а адепты внешних техник могут гораздо больше в обычной жизни.

Илиот хмыкнул и вышел. Я тоже промолчал. Не говорить же ему, что по-настоящему могучий идар может спать на снегу? Как мой отец. Вряд ли третий сын владетеля Хонесто будет рад услышать такое напоминание.

Итий с наслаждением прильнул к краю кружки, я же лишь пригубил, смакуя пряный огонь. Неплохое вино втихаря пьют мои хённамы.

— Итак, — Итий отёр губы. — Испытание крови и веры, — Фату при этих словах скорчил удивлённую рожу, но промолчал. — Что ты о нём знаешь?

Я пожал плечами:

— Что это отголосок древних времён. Что сейчас они давно забыты. Что раньше они были чем-то вроде подготовки к Играм Предков.

— Нет, — Итий покачал головой. — Не так. Испытания крови и веры — это то, во что после ухода Предков превратились дуэли. Если верить старым книгам, а не верить им у меня нет причин, то...

Итий прервался на новый глоток, покачал головой:

— Нет. Давай начну с другого. Схождение Предков с небес.

Хасок хмыкнул:

— Ну да, легенда, которая записана в книге...

Я вскинул руку:

— Хасок! Захочешь, потом расскажешь, — осознав, что прозвучало это грубо, я добавил. — Не последний наш с тобой вечер.

Он поднял руки в успокаивающем жесте, едва не расплескав вино:

— Ладно-ладно.

Итий сделал могучий глоток, протянул руку в сторону. Синеглазый молча скользнул ближе и наполнил кружку заново. Я лишь чуть скривил губы в недовольстве. Ладно. Там в кувшине всё равно не хватит, чтобы опьянеть толком. Итий довольно вдохнул аромат и продолжил прерванный рассказ: