Или выдержал бы? Помнится, Возвышенному мечнику можно назначить шесть проходов самым большим наказанием. Как-то же, значит, это выдерживают и не погибают? Вдвое больше, чем досталось сегодня мне. Или шесть проходов и будет казнью через мечи для моего ранга?
— Чтобы драугры Безымянного меня прямо здесь сожрали!
Голос я узнал. Кодик. А вот сам он расплывался перед глазами. И не потому, что я так ослабел. Напротив, дождь словно освежил меня. А потому что глаза заливало водой с кровью, закрыв мир алой пеленой.
Меня потянули куда-то в сторону, усадили. Принялись отирать лицо.
— Ох, вот это вам рассекло лоб, господин. Сейчас, сейчас я.
Хасок спросил:
— Лечебная мазь у тебя есть?
Кодик тут же ответил:
— Есть, господин, есть. Хорошая, на двух исарах Предков, вот только пару недель назад купили.
— Хватит?
— Должно господин, должно.
— Сейчас я достану ещё и пришлю на всякий случай. Трейдо, пошли, оставь его.
Моего плеча коснулись чьи-то пальцы, а возле уха раздался шёпот Трейдо:
— Удары наносили Бихо и Слайд.
Я промолчал, лишь вслепую, ещё ничего не видя, кивнул. Мог бы и сам догадаться.
Едва стихли их шаги, как Кодик спросил:
— Господин, да что там случилось?
Я лишь отмахнулся, не желая шевелить языком. Кажется Тощий, охнул:
— Ох, а руки, руки-то.
Кодик буркнул:
— Тут и с раной на лбу неладно. Глубоко рассекло и что-то с костью. Тоже, что ли царапнуло? Как ещё не пробило?
Я усмехнулся:
— Мажь, а не болтай. Проверим, так ли хороша эта штука, как мне её расхваливал Клинок зелёной весны.
— Ну, Замиру плечо уже затянуло. Похоже, и шрама не останется.
— Значит, со мной тем более будет всё хорошо.
Я снова растянул губы в улыбке. Они-то у меня целые. Ничего, теперь я буду умней. Да, Визир, Бихо и Слайд?
Глава 9
Честно сказать, все эти дни, которые я отходил от наказания, назначенного мне хоу Учлуном, пошли мне на пользу.
Мне не нужно было бегать по полям и лесам, бродить по лагерю, поддерживая в нём спокойствие, охранять обоз и прочее, и прочее. Моих людей Глебол куда-то ставил, но больше по мелочам: отправлял за водой или едой, на погрузку шатров в телеги и всё такое. А я сидел в теньке, обмотанный бинтами. И размышлял. Что мне ещё оставалось?
И вот в спокойствии неподвижности, ведь каждое даже самое малое движение причиняло боль, мысли текли удивительно ровно и плавно.
Вот почему раньше я что-то там не понял с тёмной пеленой, которая вырывалась из меня? Ведь я сам, своими глазами видел её до этого. Кровавые воины, что напали на шатёр принцессы, использовали именно это умение.
Это из их тел вырывалась тёмная пелена, заставлявшая наставников отшатываться, а простых воинов с воплями бежать прочь.