— Саня! — Заорал во всю свою луженую глотку водитель. — Живой! А где Альмансор Фаттахович⁈ — Он хотел подбежать ко мне, но не тут-то было, двое караульных бережно взяли его под белы рученьки и зафиксировали на месте.

Не успел я толком огорчить Петра пренеприятным известием о скоропостижной гибели его работодателя, тут на «сцене» появился еще один участник «Марлезонского балета», представительный бородатый брюнет лет сорока облаченный в робу боевого мага.

Протиснувшись сквозь ряд державших меня под прицелом своих винтовок бойцов, он направился ко мне. Не дойдя пяти шагов, остановился, извлек из кармана прибор, напоминающий старинные очки и надел на нос. Около минуты пристально разглядывал меня через зеленые окуляры. Неожиданно в памяти всплыла читанная в детстве сказка про волшебника Изумрудного города. Ну точно, Джеймс Гудвин. Мысль позабавила.

После недолгих гляделок на меня, маг заметно расслабился и, обратившись к командиру роты охраны доложил:

— Господин капитан, вредоносные ментальные наводки отсутствуют. Заражение патогенными инфекциями не отмечается. Этот человек не представляет опасности для окружающих.

Эко лихо он меня изучил.

Справедливости ради, на осколке многочисленные атаки микрофлоры на мой организм имели место. Однако нейросеть не дремала и своевременно предпринимала все необходимые меры для купирования и устранения опасности заражения. Поначалу оповещала о каждом таком случае, вскоре мне это надоело, и я запретил дергать всякий раз человека по столь незначительному поводу. Да и некромант не дремал, периодически сканировал мою тушку, пока был жив. Об этом мне также Клэр докладывала. Что же касательно ментальных атак, попыток внедриться в мое сознание не было зарегистрировано вообще.

Царящее вокруг напряжение тут же спало. Вырвавшись из цепких лап военных, первым ко мне устремился с растопыренными ручищами Васильев. Вне всяких сомнений, хотел обнять на радостях. Однако, заметив отблеск камня на родовом перстне графского рода Коринфских-Квинта, сбавил обороты и замер, будто штык в паре шагов и заговорил как-то сбивчиво:

— Александр… Николаевич… Ваше Сиятельство… Но как⁈

Не дурак оказался, мигом сообразил что к чему. Впрочем, большого ума, чтобы свести концы с концами и не нужно. Прежний граф мертв, перед смертью он успел передать главную родовую регалию тому единственному, кто оказался рядом. Разумеется, сделал он это добровольно, то есть без какого-либо принуждения, как физического характера, так и магического. При попытке незаконного присвоения перстня человек попросту погиб бы в страшных муках. Выходит, некромант мертв, а этот обнаруженный на кладбище мутный парень отныне официальный патриарх рода Коринфских-Квинта. Удивительно, но Петя особо и не удивился.