Дождавшись окончания и став обладателем всех знаний настоящего хозяина тела, я первым делом решил встретиться с первым секретарем обкома коммунистической партии Брестской области Михаилом Тупициным. Первый секретарь области, которая только вошла в состав Советского Союза, сам был бывшим начальником НКВД, только Полесской области БССР (областной центр Мозырь). Михаил Тупицин имел звание капитана ГБ, как и Алексей Сергеев.

Новый начальник управления после назначения в Брест скучал по оперативной работе и создал собственную сеть информаторов, воспользовавшись помощью разведчиков пограничного отряда. Сеть информаторов, действующая в интересах Советского Союза, формировалась еще до 1939 года. А после того как области Западной Белоруссии вошли в состав Советского Союза, многие ценные агенты остались на территории созданного фашистским режимом генерал-губернаторства. Оттуда они продолжали снабжать ценными сведениями советские спецслужбы. Больше всего возможностей работать с этой частью агентуры была у пограничников, которые во все времена имели неформальные контакты со своими коллегами по ту сторону границы. А начальнику областного управления НКВД подчинялось управление пограничных и внутренних войск НКВД. Таким образом, капитан ГБ Алексей Сергеев получал интересующие его сведения не только с территории оккупированной Германией. Пограничная агентура имела доступ к секретам подпольных организаций, подчиненных польскому правительство в Лондоне, а также правительству в изгнании Украинский народной республики, которое находилось под плотной опекой немецких секретных спецслужб в Варшаве.

Я умылся и почистил порошком зубы, побрился опасной бритвой, умудрившись ни разу не порезаться. Нашел часы на кожаном ремешке с дарственной гравировкой наркома НКВД БССР «За отличную службу капитану ГБ Сергееву А. А.» и надел на левую руку. Одевшись, застегнул портупею. Убедившись, что револьвер легко выхватывать из кобуры, сунул финку в голенище сапога, а немецкий пистолет с двумя запасными обоймами в портфель из желтой свиной кожи, в котором находились листы бумаги и незаполненные служебные бланки.

Я спустился по мраморной лестнице и огляделся. Трехэтажный особняк, изъятый у офтальмолога Зюлковской, находился на углу улиц 17-го Сентября и Дзержинского.

Внизу меня ждал черный «Паккард», который достался от командующего польским военным округом. Я невольно представил сумму в зеленых, которую пришлось бы отдать за этот раритет и едва не подавился жабой.

Следом за мной вышел капитан госбезопасности Соломон Маркович Левин, который был с пару недель назад переведен начальником следственной части УНКВД по Брестской области из УНКВД Куйбышевской области с должности начальника отдела. — Доброе утро, Алексей Андреевич! Чуть не опоздал. Я уже думал, что мне придется своим ходом до управления добираться.