Первый секретарь кивнул мне и протянул руку, я по очереди пожал всем мужчинам, стараясь не причинить им боль. Хотя рукопожатие Тупицина было крепким, его ладонь бывшего пролетария была мозолистой и широкой.

— Предлагаю заслушать товарища Сергеева по разнарядкам о депортации осужденных Особым совещанием НКВД СССР. Нам еще под это составы и паровозы придется изыскивать.

Я едва удержался от матерщины и поднялся.

— Товарищи! Сегодня после внеочередной проверки следственных дел я обнаружил полный произвол моих сотрудников, которых за их фальсифицированные дела я даже пока не могу уволить — мне просто некем их заменить. Эти хоть что-то знают о порядке делопроизводства. Поэтому я поставил задачу своей следственной части отсеять дела тех, кто дал признательные показания в результате физического воздействия без наличия каких либо улик.

Видя вытянувшиеся лица членов Бюро, добавил:

— В свою очередь хочу поставить ребром следующий вопрос — несознательные граждане, среди которых есть и члены комсомола и даже партии, буквально заваливают органы государственной безопасности анонимными доносами на своих соседей ради желания получить освободившуюся после них жилплощадь, коллеги по работе ради надежды на карьерный рост за счет освободившейся после ареста должности вышестоящего начальства. С этим явлением и должны бороться мы, коммунисты! Давно пришла пора провести разъяснительную работу среди населения о недопустимости клеветы ради своих меркантильных целей. И начать нужно с первичных партийных и комсомольских ячеек. По сути эти доносы можно приравнять к попыткам физического устранения лучших коммунистов и хозяйственников. Сейчас большинство думает, что за отправленный ими клеветнический донос им ничего не будет. Пример осужденных по статье сто пятьдесят восьмой за свои доносы отрезвит большую часть любителей клеветы. А для выявления клеветников я предлагаю привлечь специалистов по почерку. Все население проверять нет нужды, достаточно проверить ближайшее окружение тех, на кого писали доносы. Как вы считаете, товарищи?

Молчание стало настолько тягостным, что Тупицын не выдержал:

— Полностью согласен с товарищем Сергеевым. А то привыкли считать, что наши органы не ошибаются. А как им не ошибаться, когда доносы идут не ручейком, а полноводной рекой. И мне, как бывшему работнику НКВД это прекрасно знакомо. Я считаю, что Бюро Обкома должно поддержать инициативу товарища Сергеева и сообщить о необходимости реализации его предложения в масштабах республики. Я сам отправлю постановление Бюро товарищу Пономаренко. Пантелеймон Кондратович как никто другой оценит наше беспокойство. Кто за предложение товарища Сергеева начать борьбу с клеветниками-доносчиками, дав задание прокураторе области помочь управлению НКВД? Единогласно. Тогда раз депортация пока откладывается, давайте решать как поступить с выделенными под нее теплушками, которые по сути зарезервировали железнодорожники.