За окном — ноябрьская Москва. Огни. Дождь — мелкий, почти невидимый.

— Андрей, — сказала она.

— Да.

— Ты знаешь, что первое, что я поняла о тебе?

— Что?

— Что ты не пытаешься произвести впечатление, — сказала она. — В книжном — просто сказал про книгу. В кафе — просто сел напротив. — Пауза. — Большинство — стараются. Ты — нет.

— Это лень, может быть.

— Нет, — сказала она. — Это уверенность. Когда человек уверен — ему не нужно стараться. Он просто есть.

Он смотрел на неё.

— Ты умная, — сказал он.

— Я внимательная, — поправила она. — Это другое.

— В чём разница?

— Умные анализируют. Внимательные — замечают.

— Ты делаешь и то, и другое.

— Наверное. — Пауза. — С тобой — замечаю больше, чем анализирую.

— Это хорошо?

— Это хорошо.

Дождь за окном. Фёдор спал — теперь у Андрея на коленях, что было окончательным знаком одобрения.

— Маша, — сказал он.

— Да.

— Когда папе станет лучше... — Он остановился. — Если станет. — Поправился честно. — Я хочу больше времени. Без девяти часов.

— Я понимаю.

— Я хочу, чтобы ты знала: девять часов — это не навсегда.

— Я знаю. — Пауза. — И если навсегда — тоже нормально. Я привыкла.

— Не хочу, чтобы ты привыкала.

— Андрей, — сказала она. — Это жизнь. В жизни бывают обстоятельства. Важно — кто рядом.

Он смотрел на неё долго.

— Ты очень... — Он остановился.

— Что?

— Не знаю точного слова.

— Подбери.

— Ты очень — собой, — сказал он наконец. — Не подстраиваешься. Не ждёшь чего-то другого. Просто — ты.

— Это хорошо или нет?

— Это лучшее, что я знаю в человеке, — сказал он.

Маша смотрела на него. За окном шёл дождь. Ноябрь. Ноябрь — честный месяц.

— Андрей.

— Да.

— Поцелуй меня.

Он чуть наклонился — и поцеловал. Тихо, неторопливо. Без спешки, без демонстрации. Просто — поцеловал.

Фёдор с достоинством покинул его колени.

Декабрь пришёл с первым снегом.

Они стояли у окна его квартиры и смотрели, как снег падает на тёмные крыши.

— Красиво, — сказала Маша.

— Да. — Он обнял её за плечи — просто, спокойно. Она прислонилась к нему.

— Андрей.

— Да.

— Расскажи мне про отца. Про то, каким он был раньше.

Он молчал секунду — не уклоняясь, просто собираясь.

— Он любил рыбалку, — сказал он. — Мы каждое лето — на озеро. Он не говорил много — сидел, удил, иногда что-то рассказывал. — Пауза. — Однажды — мне было лет двенадцать — я спросил его: почему ты почти ничего не говоришь? Он сказал: потому что слова важны только когда есть что сказать.

— Мудрость рыбака.

— Мудрость инженера, — усмехнулся Андрей. — Он всё мерял — точно. Лишнее — не тратил.

— Слова тоже.

— Слова тоже.

Снег шёл за окном. Маша думала: вот. Вот откуда он такой. Из рыбалки молча. Из отца, который говорит только важное. Из детства, в котором дела были важнее слов.