Ваня снова напрягся и занервничал:

— А как пригласить? Я как-то стесняюсь…

— Чего тут стесняться? Я тебе номер дам, ты ей напиши заранее, познакомьтесь поближе.

— А вдруг я ей не понравлюсь? — с сомнением протянул он.

— Понравишься, — уверенно кивнул я.

— А если она мне не понравится? — тут же засомневался Ваня.

— Понравится, Ваня, — заверил я его. — Человек она хороший. И фигурка зачёт.

— А фото её есть? — робко поинтересовался он.

— Нет, фото нет. Свидание будет вслепую, прямо как в кино, — усмехнулся я. — Так что, не пригласишь — и даже не узнаешь, а вдруг бы понравилась. А ведь хочется?

— Ну не знаю…

— Всё, отставить «не знаю». На, смотри, не потеряй! — я протянул ему листок бумаги, на котором карандашом наспех был нацарапан номер Ирки.

— Ладно, спасибо, Макс, — он спрятал листок в карман и снова склонился над скотчем.

Через пару минут он опять оживился, радостно воскликнув:

— Есть! Вот ещё чёткий след пальца. Сейчас эти пересниму под светом, и сразу в базу загоню. Скоро узнаем, кто их закопал!

— Если, конечно, этот человек есть в базе, — осторожно заметил я.

— Да по-любому есть, — Ваня отмахнулся. — Вряд ли же эти тела закапывала какая-нибудь послушная домохозяйка или безобидный доцент, который никогда не сталкивался с органами.

Я не стал возражать, понимая, что он прав. Грач, как ранее судимый, в базе однозначно был. Я сам как сотрудник правоохранительных органов тоже там значился, и наши пальчики давно хранились в ИЦ МВД. Проверка следов проходила по всем сегментам базы, включая сотрудников.

Теперь ситуация начинала пахнуть керосином. Надо было срочно что-то предпринять, иначе мы с Грачом вскоре окажемся в эпицентре неприятностей.

Пока Ваня старательно корпел над найденными следами, в моей голове уже готовился отчаянный план по их ликвидации. Я медленно прошёлся по кабинету, останавливая взгляд на предметах, будто случайно, небрежно оглядываясь вокруг. Взгляд мой упал на маленькую стеклянную баночку из тёмного стекла. К ней был прилеплен фрагмент медицинского пластыря с небрежно накорябанным шариковой ручкой черепом и перекрещенными костями — как на пиратском флаге. Криминалист явно постарался как-то обозначить опасность содержимого.

Я взял баночку в руки, внимательно её рассмотрел, чуть повертел в пальцах, открутил крышку и проговорил:

— Вань… Это что там у тебя?

— Кислота. Осторожно, — Ваня тут же настороженно поднял голову, глянув на меня с явным беспокойством: — Макс, аккуратней с ней, она реально сильная. Всё прожигает насквозь.

Я сделал вид, что совершенно не обратил внимания на его предупреждение, и поставил баночку на край стола, прямо возле штатива, на котором крепилась фотокамера для съёмки следов. Ваня вернулся к работе, а я для вида наклонился ближе, с притворным любопытством всматриваясь в отпечатки, которые Корюшкин усердно и старательно ловил в фокус цифровой фотокамеры, приложил масштабную линейку.