Дышалось тут не в пример хуже, чем на поверхности, а стихийный ответ колебался между 79% и 81%.

Вот теперь это походило на Портал «А+»-класса, а не тот курорт, что был наверху.

С этой мыслью мой взгляд зацепился за бронзовое сияние над головой. Оно пробивало толщу висящей небосводом «воды» и медленно опускалось вниз.

Достигло нижнего слоя, и желе с чавкающим звуком выплюнуло на дно двуручный меч.

— Вот растяпа, — осуждающе покачал я головой, и подошел к древней реликвии Рода Чугунских, лезвие которой было в несколько слоев забито жабьей кровью.

Владельца утерянного клинка долго ждать не пришлось. Гигантским сияющим пятном, он рассек желеобразный «небосвод» и с грохотом приземлился на дно болота.

Заглотить Альберта полностью ни одна жабообразная тварь так и не смогла, но совместными усилиями, три толстые твари справились.

В итоге передо мной сейчас извивался мерзкий клубок из моего верного Ратника и трех гигантских жаб, которые совокупными усилиями заглотили девяносто пять процентов его тела, включая голову и три из четырех конечностей.

Единственной частью Альберта, которая торчала и подавала признаки жизни, была его цельнометаллическая перчатка, в которую я и подопнул лежащий передо мной меч.

Ухватив его мертвой хваткой, рука начала крутить лезвие клинка, словно пропеллер, и спустя минуту кряхтений и матов, передо мной стоял мой целехонький Ратник.

Альберт устало, или вернее будет сказать зло, опирался на свой меч и окидывал ошметки жабообразных тварей настолько яростным взглядом, на который только был способен.

Несколько десятков секунд потребовалось Альберту, чтобы прийти в себя, осознать, что произошло, и посмотреть на меня.

— Мог бы и нормально сказать, что нам надо вниз, — с легкой обидой в голосе буркнул цельнометаллический здоровяк.

— Мог, — согласился я, — но разве так не веселее?

— Ага, о-о-очень весело! — фыркнул Альберт, стирая с себя кровь жаб, после чего глянул на желеобразную толщу «воды» над головой, — а Федю там без нас не сожрут?

— Не, — отмахнулся я, — на островке, где он стоит, безопасно. Дальше метра на сушу эти твари не вылезают.

— Лять, Маркус! А раньше нормально сказать не мог⁈ — покачал головой Альберт.

— Кажется, наш разговор пошел по кругу, — вздохнул я, и, глянув на время, посмотрел вверх, после чего спросил, — готов?

— Нет! — машинально ответил Альберт, после чего нахмурился и с нескрываемой подозрительностью в голосе спросил, — а… к чему?

— Любопытствуешь, значит готов, — констатировал я одну из многочисленных мудростей старика Акса и, схватив «Коготь Пустоты» за лезвие, подкинул его вверх.