— Я не знаю, — со вздохом повторил юный лекарь.
— Жестоко… — насупилась девочка, поджав коленки под себя, — зачем давать мне надежду? Зачем медлить? Было бы куда проще, убей ты меня сразу как зашел…
— И ты готова просто взять и умереть?
— Да, — твердо ответила Энджи, впившись в брата слезящимися светлыми глазами, — не пойми неправильно, будь это кто-то другой, я бы сопротивлялась! — сквозь текущие слезы, дрожащим голосом выпалила девочка, — но… но… но если это ты, то я готова.
— П-почему? — опешил Денис.
— Потому что… потому что ты другой, — утерев слезы тыльной стороной ладони, пробурчала Энджи, — в то время, когда Демид был первым, ты был последним. Ты всегда был последним в рейтинге отца. И я всегда считала это забавным, и в то же время очень грустным. То, что самый достойный из всех нас находится на последнем месте.
— Я? Самый достойный? — поднял бровь светловолосый парень, — ты не знаешь меня… да мы даже никогда не разговаривали!
— Это было и не нужно, — усмехнулась Энджи, глянув на брата со сложной помесью восхищения, грусти и ревности, — ты единственный лекарь в Клане Света. Ты спасал людей. Ты обладаешь даром целительства. А я… я… — дрогнул ее голос и взгляд перескочил на макет, — все на что я годна, это играть в куклы. Почему⁈ Почему эти проклятые нити перешли мне⁈ Это издевательство! Я не просила! Я НЕ ХОЧУ! Я… — закричала девочка навзрыд и Денис укрыл ее в своих объятиях.
Энджи не сопротивлялась, и уткнувшись лицом в грязный белый халат, закричала, что есть сил, пытаясь выкричать из себя всю обиду и боль, что скопились в ней за ее недолгую жизнь.
Денис же стоял, обхватив дрожащую в его руках сестру в объятиях, и поглаживая ее по голове, тихо произнес, — кажется, я понял, зачем я здесь.
— Д-да? — услышав его слова, всхлипнула и отпрянула Энджи, — и зачем же?
— Затем, зачем и был рожден, — тепло улыбнулся Денис, и опустив на лоб девочки начавшую мерцать приятным теплым Светом ладонь, произнес, — исцелять.
Глава 24
В покоях было темно. Завывал ветер из распахнутого балкона. Колыхались шторки на холодном ветру, а из под них внутрь просачивался яркий свет луны.
Но несмотря на то, что шторки колыхались, отбрасываемые внутри помещения Тени оставались неподвижными. Все Тени здесь словно замерли в ожидании решения, и не смели шевелиться без разрешения.
Рэйвенхарт неподвижно сидел на карнизе и издавал сопящие звуки. Безымянные спали на тех же местах и в тех же позах, что и утром. Только Кедр постоянно ворочался и за сутки укатился под кровать.
Мрак спал на кресле-качалке с наполовину прикрытыми глазами, и лишь Лиса в этом сонном темном царстве бодрствовала. Сложив босые ножки под себя, она сидела по центру кровати и смотрела на луну.