— Кхм… — тут же напряженно подобрался Таранов, — полагаю, это надо сделать срочно?

— Вроде того, — кивнул я.

— Тогда воспользуйся этим, — швырнул мне загорелый вояка странное устройство, — одноразовый телефон с шифрованной линией экстренной связи. Эту трубку Никитич возьмет.

— Одноразовый? — покрутил я магическое устройство в руке, — а вам не влетит за растрату, майор?

— Может, и влетит, — пожал Таранов плечами, — но что-что, а держать удар я умею.

— Спасибо, — пожал я выставленную широкую ладонь и взяв устройство, вышел из кабинета.

* * *

Мужчина в темно-синем кимоно залетел внутрь своей комнаты и захлопнул за собой дверь. Взбудораженный и возбужденный, он подошел к расположенному у стенки небольшому алтарю со свечами и женской фотографией и невольно улыбнулся.

— Жива… — пробубнил он и с теплотой в мокрых глазах провел пальцами по старому снимку.

Князю Воды хотелось все бросить и провести со своей любимой все отведенное ему в этом мире время, однако быть Князем Великого Клана означало нести ответственность за жизни тысяч подданных и как бы Князю ни хотелось, он не мог потакать своим эгоистичным желаниям и все бросить.

Ради себя, ради Клана, ради предков, ради Полины и их совместного будущего…

Едва Князь Воды об этом подумал, как раздался стук в дверь его покоев.

— Войди, — прекрасно зная, кто стоит за дверью, произнес мужчина.

Внутри тут же оказалась девушка с обеспокоенным и злым взглядом, и нервно дернула копной растрепанных синих волос.

— Ты где был⁈ — ничуть не церемонясь, прорычала синеволосая.

Амелия понимала, что ее брат Князь Воды ненавидит, когда с ним общаются так, но она была слишком уставшей после бесконечной борьбы с очищением загрязненного водохранилища.

Синеволосая была справедливо возмущена тем, что брат покинул столицу без предупреждения и все оставил на нее. И открыто продемонстрировав свое возмущение, Амелия была готова к любой реакции Князя Воды, однако тот не только не разозлился, но и вообще ничего не сказал.

А когда Амелия увидела, как брат снимает черную ленту с фотографии женщины и ставит в давно не используемую вазу три голубых лилии, вся злость Амелии исчезла и глубокие синие глаза округлились.

— Ты видел Полину? — не веря своим глазам, спросила Амелия.

— Да, видел, — кивнул Князь Воды.

— Говорил с ней?

— Говорил, но она мне не ответила, — покачал тот головой, — она спит.

— Спит? Где спит? Почему ты ее не привез? Где она⁈ — пытала брата синеволосая.

— В безопасности, теперь уж точно, — уверенно кивнул сам себе Князь Воды и, отодвинувшись от алтаря, повернулся к сестре с серьезным выражением лица.