— Я разберусь, — спокойно ответил я и, неохотно кивнув, Лиса скрылась в тенях.

Я же поднялся на ноги, сладко потянулся, после чего вынул из теневого кармана еще одно яблочко и, похрустывая на удивление вкусным фруктом, направился в сторону военной верфи.

* * *

Несмотря на довольно прохладную погоду и близость ледяного водопада, под навесом с гербом могущественного гребня воды было жарко. Внутри помещения витал горячий пар, окутывая собой барьер и стены, стелящийся по стерильному полу, а также скользящий по величественной пусковой установке.

Ее испестренная рунами иномирная сталь блестела новизной, несмотря на то, что бесценная Реликвия Дома Идэ, прозванная «Посейдон», была куда древнее самих стен.

Не знающая аналогов пусковая установка открыла для некогда безвестного Дома Идэ путь к могуществу.

Путь к власти.

От одного взгляда на Реликвию у первого советника по имени Ватанабе захватывало дух. Возможность любоваться часами на это произведение искусства было одной из самых любимых привилегий первого советника.

Ватанабе искренне верил, что путь к покорению Стихии и освобождения от нее лежит через покорение этой Реликвии.

Реликвии, которой было подвластно все.

Ни одна Стихия не могла разрушить ее основание, а естественная аура Реликвии была способна подчинить и стабилизировать любую энергию. Вкупе со встроенным катализатором и сверхточной системой наведения по стихийному следу, «Посейдон» одновременно подчинял Стихию любого объекта внутри и в то же время полностью управлял ее мощью.

В общем делал именно то, к чему стремится любой Восточный Дом, следующий писанию. Однако «Посейдоном» владеет только Дом Идэ, что делает их будущий успех неминуемым, и Ватанабе мечтал стать свидетелем этого успеха.

Первый советник стоял в метре от «Посейдона» и не моргая любовался его красотой. Наблюдал как исходящее от Реликвии сияние захватывает помещение, как сияние перекидывается на древние руны, заставляя их мерцать и наполнять воздух древней мощью.

Стерев проступивший со лба пот, восхищенный зрелищем Ватанабе подошел ближе и вынул подрагивающую ладонь из широкого рукава своего одеяния. С едва слышным стоном, он провел вспотевшей ладонью по теплому металлу ракеты.

Коснуться самого «Посейдона» это верная смерть, но и через установленную на нем ракету, стихийный сплав которой мог выдержать давление Реликвии целые сутки, Ватанабе ощутил вибрации «Посейдона».

Проведя ладонью вниз, первый советник собрал весь стихийный конденсат и умылся им.

— Хорошо… очень хорошо, — слегка безумным голосом прошептал он и отпрянул от Реликвии в сторону.