Взвод запуска «Посейдона» получал название по имени успешно запущенной ракеты и их потом восхваляли как героев.
А те же единицы, что смогли пережить запуск и прямое взаимодействие с Реликвией, неизбежно становились гораздо более сильными одаренными, чем были до этого, однако несмотря на это, желающих на эту почетную честь умереть за свой Храм с годами становилось все меньше, поэтому большинством членов Взвода, также называемого как Взвод Смертников, в нынешние времена были осужденные на казнь заключенные из числа достаточно крепких и выносливых одаренных.
В основном это были убийцы, насильники, предатели, заложники и прочий одаренный сброд.
Спустя несколько минут, Генерал вышагнул на закрытый тюремный полигон, где избранные Взводные проводили свою последнюю трапезу и встал на трибуну. Завидев его, заключенные и уголовники разных мастей отвлеклись от своих дел и нестройными рядами выстроились перед генералом.
Задвинув пафосную речь про традиции, честь и желание отблагодарить и увековечить волю и желания тех, кто приложит руку к очередной вехе великой истории Дома Идэ, Генерал торжественно объявил конкурс на название, что отпечатается вечной памятью на Реликвии. Название, которое позволит собравшимся стать частью чего-то бо́льшего, чем они сами.
— Смелее! Громче! — вскинул руки вверх Генерал, глядя на толпу перешептывающихся людей.
— Испепелитель!
— Расхреналово!
— Мегастояк!
Названия сыпались из толпы одно хуже другого, и Генерал уже пожалел, что взял на себя ответственность выдавить из этой кучки дегенератов что-то стоящее.
Как вдруг из толпы раздалось уверенное: «Титаник!».
— Титаник… — попробовал на вкус необычное слово Генерал, пытаясь высмотреть в толпе того, кто это предложил, — неплохо… в слове чувствуется мощь, сила, а Взвод Титана звучит как нечто несокрушимое и неизбежное!
Генерал, почувствовавший необычный прилив сил был воодушевлен, словно прикоснулся к чему-то великому! Он был уверен, что нащупал нечто по-настоящему древнее и величественное, а значит часть будущей славы «Титаника» неизбежно упадет и на него!
— Решено! Это именно то, что нужно! Кто это придумал? Выйди вперед, боец, и прими мою личную благодарность! — гаркнул счастливый и воодушевленный как никогда в жизни Генерал, однако из недоуменно переглядывающейся толпы уголовников вперед так никто и не вышел.
Глава 27
Остаток дня я провел за прогулкой и осмотром достопримечательностей.
Как никак я в отпуске и это моя первая заграничная поездка.
Начал я с разрекламированной верфи, продолжил прилегающим к ней кварталом военных, с ангарами, тюрьмами и прочими брутальными интересностями.