— Главное, чтобы верёвка слишком длинной не оказалась, — засмеялся подошедший к нам Грабер.

— Это точно, — я достал еду и, так как к кострам идти было лень, принялся разогревать её прямо тут.

* * *

Ночь прошла спокойно. Дозор на всякий случай ставили, но меня в него не брали, так что дрых я до самого утра и проснулся полным сил и готовым на подвиги.

Погода по-прежнему стояла прекрасная, и следующие семь часов мы двигались с максимальной скоростью, преодолевая затяжные спуски на лыжах или карабкаясь в гору пешком.

— Прибыли! — наконец крикнул Грабер, указывая на остановившегося впереди и активно машущего руками гнома.

Новость все радостно приветствовали, так как изначально договорились, что перед спуском будет обед.

Собственно, отряд сразу разделился: первая часть приступила к приготовлению пищи, а вторая — к спуску. Мне же работы не нашлось, и я осторожно подошёл к краю гигантской расщелины.

Зрелище впечатляло. До этого что-то подобное мне доводилось видеть только в масштабных и дорогих фильмах.

Будто бухое божество собиралось разрубить огромным мечом гору пополам, но промахнулось и просто надрезало её с края. Нехило так надрезало. Расщелина уходила вдаль насколько хватало взгляда, а её глубина составляла не меньше километра.

— Через триста метров ниже есть хорошая длинная площадка, — доложил один из разведчиков на страховке, застывший у самой кромки. — Спускайте, гляну, что там дальше.

Он махнул рукой, и почти сразу его голова исчезла за обрывом.

Разведка и приготовления заняли часа два, так что мы успели спокойно и плотно поесть, а еда комфортно уложиться в наших желудках.

В этот раз меня спускали одним из первых.

— Можешь просто выпить зелье, повышающее выносливость, и прыгнуть… Там навес перед площадкой, и об стену сильно не ударит, — напомнил Грабер, и, будто в подтверждение его слов, один из гномов с криком, напоминающим «Кавабанга!» (или очень похожим), разбежался и сиганул в пропасть.

— Не, — я покачал головой, уже в десятый раз проверяя страховку. — Всегда мечтал сбежать по стене вниз.

Как спецназовцы в фильмах.

— Тогда вперёд! — Лысый повернулся к своим, они подтвердили, что все в порядке, а я подошёл к краю и… ощутил полноценную разницу между «стоять в трёх метрах» от пропасти и «стоять над ней».

Подо мной раскинулась бездна настолько глубокая, что никакие мысли вроде «там же внизу снежок мягкий» не успокаивали.

— Пошёл! — крикнул Грабер, и я, глубоко вздохнув, повернулся спиной к пропасти, вцепился в верёвку, сделал шаг назад и… побежал.

Правда, первая пробежка напоминала больше не вертикальный спринт, а то, как люди, споткнувшись, начинают судорожно переставлять ноги, чтобы не упасть.