«Если в гнезде дыра, заткни её костью врага.»

Боюсь представить твоё гнездо, Чёрный.

Периметр и площадь поместья встречают нас грандиозными по масштабу разрушениями.

Я стою на носу корабля и с болью гляжу на два покорёженных корвета, лежащих в саду, где только вчера состоялась битва с Исмаилом. Выглядели машины скверно и вокруг их остовов, словно россыпь игрушек, лежат легкие ультра-кары. Побитые, оплавленные, а некоторые из них до сих пор дымятся.

По словам полетевших за нами девушек, на процессию налетел рой сразу после того, как машины покинули зону обстрела. Оказалось, что эти твари умеют летать гораздо быстрее чем мы наблюдали, и всем пришлось экстренно садиться и обороняться. Сами девушки ни боя ни посадки не видели, так как Георг объявил режим чрезвычайной опасности и все спрятались в доме. Но вот когда под крышу начали стекаться Светлозёрские с раненными товарищами на плечах… тогда то девушки всё в подробностях и узнали.

Обнимая разом Беллу, близняшек и Яру, словно мать наседка, своих птенцов, Елизавета успокаивает каждую и с сочувствующим взглядом смотрит на меня. А я же смотрю на результаты своего решения и в груди возникает тягучая и болезненная пустота. Ведь из за моей прихоти погибли люди, наверняка многие ранены. С другой же стороны. Если бы не мой решительный порыв, то погибли, скорее всего, все…

Ежовая Баржа мягко снижается, вонзаясь в землю приваренными арматуринами, ввиду потери посадочных лап. И после остановки, уже желая помочь подняться одноногому Чарли Глину, я получаю от него короткое.

— Мне дамы помогут. Иди пацану помоги.

Тут он оказывается прав. Отлипнув от мониторов, Майкл пытается встать и его ведёт в сторону. В последний момент я успеваю его поддержать и раскрыть ауру исцеления, от которой он и вовсе почти отключается.

— Ну…теперь, наверно, можно и прилечь… — бормочет он, повисая и приходится брать парня на руки.

— Ох герой, чтоб тебя. Лизка, девки, помогите Чарли и все в дом! Быстрее! — подгоняю всех, поглядывая в небо и пинком выдвигая трап. — Так, кто на связи? Яков, Георг, Энтони, приём!

По рации звучит голос Георга и я требую у него полный отчёт. И лучше бы я сперва до дома, дошёл. Вот ей богу, кто меня за язык-то тянул?

Чётко и не скупясь на подробности, Георг выдаёт мне прискорбную статистику. Из ста десяти спасённых погибли двадцать один человек. Шестьдесят пять оказались ранены, из них двадцать восемь в критическом состоянии. Всех раненых отнесли во временно переоборудованный под лечебницу спортзал и Вит с Мари, Лилией и Лаурой вовсю заняты их исцелением.