Жаль. Хороший был мужик.

Впрочем, как и те, кто вёл ультра-кары. Часть ковбоев Хенвлоу и пара инженеров Аркадия тоже погибли, хоть и в большинстве своём успели довезти людей до поместья. Отчаянные молодцы, да будут легки их перерождения.

— Ну, живы и ладно, — говорит Яков, когда я возвращаю ему планшет. — Предлагаю привести наших пленников и хорошенько их допросить. Здорово, что вы наткнулись на эту бестию, чтоб её. Я из неё всё вытрясу, так что твои силы мне пона…

— Нет. — отвечаю спокойно, поглаживая головы мирно спящих воронов.

— В смысле нет? — опешил Яков, выключая галопроекцию и удивлённо на меня уставясь.

Даже Елизавета смотрит на меня с приподнятой бровью, на секунду отвлекаясь от сюсюканья с малышкой.

— Никаких допросов сегодня, Яков. И никаких дел из списка тех, которые можно отложить на завтра. Сегодня траур. Сегодня люди погибли. В том числе из-за моего недосмотра. Поэтому мне надо побыть одному и всё хорошенько обдумать. Не убегут наши пленники, — пальцами второй руки я перебираю матерчатую ткань куколки вуду, ощущая, как утекает в неё поток энергии. И точно таким же медленным и неумолимым потоком, из глубины души поднимаются отложенные мной на потом чувства. — И вообще, ты сам сколько часов без нормального сна, Яков? Вот-вот. Выспаться надо, пока есть возможность.

— Да о чём ты вообще⁈ — Кравец вспылил, словно факел, вставая так резко, что малышка на руках Елизаветы испуганно притихает. Сама Лизка с неодобрением смотрит на Якова, но тот её взгляда не замечает, продолжая распаляться. — Ну умерли, и что⁈ Если ничего не предпринимать и наперёд не думать, то не сегодня, так завтра сдохнут и те, кто выжил! Сон для слабаков, действовать надо!

— Яков… — угрожающе начинает Елизавета, прижимая к себе китайскую девочку.

И чтобы не раздувать конфликт, я поднимаю руки.

— Спокойно. Ты хотел допросить пленницу, Яков? Хорошо. Эурлиэль из дома Нот будет отвечать на все вопросы Якова и делать всё, что он скажет, — проговариваю я над куколкой и нити энергий, сорвавшиеся с моих губ, входят в её основу. — Вот. Можешь сходить и всё выяснить. Она всё тебе скажет.

И прежде чем Яков вновь начинает говорить, я перевожу своё внимание на Белого и Чёрного ворона. Ведь в том, как они лежат на столе, определённо угадывается некоторый смысл.

— Ну и схожу! — бычится Кравец, тяжело дыша под тугими бинтами. Всё таки, как бы сильно он не бодрится, его реальное физическое состояние бросается в глаза. — Но я не терплю, когда мои союзники отлынивают от дел и препятствуют реализации планов.

— Потерпишь, — бросаю ему едко, осторожно передвигая обоих пернатых к центру стола. — Тем более, у нас нет ни чётких дел, ни нормального плана. Выжить, не план. Это необходимость. И как я уже сказал, сегодня я буду думать. А это уж точно нельзя назвать отлыниванием.