— Идем дальше, — майор ухмыльнулся, — получается, открытию клуба активно содействовал уже упомянутый тобой подполковник Александр Константинович Шелестов — личность в нашем городе известная и уважаемая. Его отец — генерал-лейтенант Константин Николаевич — очень большой человек в столице со связями на самом верху. А сын — Алексей Шелестов, ученик 10-А класса, несмотря на возраст, назначен заместителем Зорина в «Красном Знамени». Все бы ничего, но почти месяц назад на товарища подполковника пришла анонимка, обвиняющая его в антисоветизме. Сигнал не подтвердился, хотя особисты в части много интересного накопали. И вопросы кое-какие появились. Теперь давай представим, в качестве предположения, что анонимка правдива. Ты понимаешь, какой клубок мы можем размотать, и какие перспективы перед нами открываются?
— Понимаю, — подобрался крепыш.
— Ну раз понимаешь, иди, работай. Только пока никаких особых действий не предпринимай. Собирай любую информацию на клуб, попробуй накопать компромата по максимуму, внедряй своих человечков и заставь их активно шевелиться. Съезди в «Знамя», пообщайся с Зориным и Шелестовым-младшим, предложи помощь и поддержку им в этом благом, — майор чуть усмехнулся уголками губ, — начинании. Завяжи с ними отношения. Попробуй подружиться, настолько, насколько это возможно. Зорин — матерый волчара, а вот мальчишку можно попробовать расколоть и завербовать. Это было бы отлично. Так что присмотрись к нему.
И еще раз повторяю, без моего приказа никаких провокаций и активных действий. Пока только сбор всей информации по максимуму. Своими человечками пользуйся, хотя они навряд ли что-то очень интересное расскажут. Лучше наладь агентурную работу среди ближайшего окружения Зорина и Шелестова. Думаю, ты и сам знаешь, что и как делать. Задача ясна?
— Ясна, товарищ майор.
— Тогда приступай к работе, — сухо произнес Николай Петрович, — я тебя больше не задерживаю.
17 октября 1978 года. Вторник. ЭПИЛОГ
Холодный ветер игриво теребит лацканы куртки, стараясь проникнуть под одежду, и резко затихает, притаившись. Сухие листья вместе с волной мутной пыли взметаются вверх, и плавно оседают на мостовую, замирая до следующего порыва. Нахмуренное темно-серое небо постепенно сменяется чернеющими сумерками наступающего вечера.
Стою на остановке, возле столба, нетерпеливо посматривая на черный циферблат «Командирских». Секундная лимонно-желтая стрелка активно скачет по делениям, отсчитывая мгновения.
— «21:15. Еще как минимум пять минут ждать» — отмечаю с небольшой досадой.
Сегодня вечером мы едем в колхоз «Заветы Ильича». Завтра там будет сороковая годовщина со дня его основания. Александр Николаевич — председатель колхоза, впечатленный новостями, приходящими из города о нашем клубе, попросил своего старого приятеля Зорина, рассказать о «Знамени». Выслушав сэнсея, он попросил его организовать выступления наших ребят на празднике. И Игорь Семенович согласился. Пришлось, конечно, побегать. Мне — отпрашиваться со школы, а остальным ребятам — с техникумов, институтов и заводов. Секретарша Подольского, получившая в подарок коробку конфет, напечатала нам несколько писем от имени Зорина с просьбой освободить нас от занятий и работы на один день для участия в годовщине. Пару раз пришлось даже для пущей убедительности организовать звонки с колхоза в учебные заведения. Александра Николаевича — председателя колхоза-миллионера знали и уважали в нашем городке. Поэтому отказать его просьбе, озвученной заместителем, просившем отпустить бойцов для «показательного выступления на празднике» не осмелился никто.