Признаться, дальнейший маршрут я запомнил плохо. Выходили на Дорогу, уходили в зигзаги… Это слилось в один мучительный трип, потому что от каждой кочки в ногу как будто стреляли заново. Кочек было много, Аннушке на мои проблемы было плевать, и когда мы добрались-таки до Центра, я даже вылезти сам не смог. В здешней больнице мне сразу вкатили чего-то убойного, и я, наконец, с большим облегчением отрубился.

В больнице меня навестили Зелёный с Иваном. Интересовались, как скоро я могу приступить к обязанностям штурмана, а то вдвоём по очереди вахту стоять — никогда не выспишься. Узнали, что, несмотря на наплёванную мне в пасть регенерацию и заштопанную УИном мышцу, бедренная кость — это вам не шуточки. Мне всю ногу изрезали, извлекая её осколки. В общем, даже вяло хромать с палочкой я смогу не скоро.

— Не, так не годится, — сказал Зелёный. — Ща порешаем вопрос.

И, к моему удивлению, «порешал». Доктор прибежал, всадил мне в ногу модерновый инъектор с альтерионской маркировкой и сказал, что через несколько дней выпишет на амбулаторное наблюдение.

— Последний из личной аптечки отдал, — пожаловался бортмеханик, — так что амбулаторно наблюдать тебя будем на борту. А пока у меня всё равно дельце образовалось. Дочка твоя попросила кое в чём помочь.

— Настя?

— Не Герда с Вилорой же. Ничего, лежи пока, выздоравливай. Эта альтерионская штука ядрёная, чесаться будет зверски, но ты терпи, это оно зарастает так. Знать бы, что Альтерион сколлапсирует — запасся бы аптечками впрок.

Пришла Меланта — пухлая, рыжая, довольная. Просто светится счастьем. А когда кайлит счастлив… В общем, всей больнице праздник. Меня потом главврач спрашивал, нельзя ли её на регулярной основе сюда приглашать. На чай с плюшками.

Заходила поблагодарить за Вещество. Серьёзно сообщила, что собирается дождаться меня из больницы и устроить ночь благодарности, которая запомнится мне надолго. Потому что Эли чувствует себя прекрасно, и сама она чувствует себя прекрасно, несмотря на беременность. Искусственное осеменение прошло успешно.

Я задумчиво почесал башку промеж рогов, но потом понял, что не обижаюсь, а действительно рад за неё. Дурак потому что. Пусть ей будет хорошо.

Пришла Таира, деловито поинтересовалась моим здоровьем. Доложила, что в хозяйстве порядок, дети растут нормально, морально-психологическая обстановка дома приемлемая, снабжение налажено, всего хватает. Волосатое существо по прозвищу Енька прижилось, работу по дому исполняет тщательно, детские игры переносит безропотно, кот одобряет его за лохматость и спит исключительно на шерстяных коленках. Но она, Таира, тем не менее, за сервом приглядывает, потому что мало ли что.