На это невозможно было не купиться, и я купился.
— Простите за возможную неделикатность моей просьбы, — виноватым тоном сказало существо, — но я не могу не попытаться. Не испытываете ли вы, случайно, нужды в домашнем серве? Я чистоплотно и почти бесшумно, занимаю мало места в жилище и потребляю незначительное количество продуктов, а также деликатно к личной жизни хозяев. Могу питаться тем, что вы сочтёте для себя непригодным, поэтому моё содержание необременительно для семейного бюджета. Сервы моей серии предназначены для поддержания чистоты и порядка, но могут исполнять и другие несложные домашние обязанности после дополнительного обучения. Не подвергать значительным силовым воздействиям, беречь от алкоголя. Гарантийный срок службы составляет восемьдесят пять лет, по его истечении подлежит замене со скидкой на новую модель. Простите, это всё, что я запомнило из своего рекламного буклета.
— Шикарно, — рассмеялась Ольга, — бери, Тём. У тебя жёны, дети, большой старый дом. А это лучше, чем робот-пылесос.
— Я лучше, — с надеждой кивнуло лохматое существо.
— Эй, вы что, серьёзно? — удивилась Донка. — Вы хотите тащить это с собой?
— Да, есть такая мысль.
— Спасибо, спасибо, мои новые хозяева! — возбудился лохматый. — Я вам крайне благодарно и постараюсь оправдать ваши ожидания!
— Клянусь задницей Искупителя! — закатила глаза глойти. — Вы рехнулись!
— Ой, прости, — спохватилась она, — насчёт задницы Искупителя. Я не имела в виду никого конкретного. Это просто выражение!
— Я понял. И я всё-таки рискну. Уж больно хорошо он машину моет.
— Держите его от меня подальше. У меня аллергия на шерсть!
— Я гипоаллергенное, — обиженно сказало существо, — меня можно давать детям для игры.
— Мне плевать, — надувшаяся Донка полезла на переднее сиденье, — поехали отсюда.
И мы поехали.
Глава 6 Зеленый. «Любовь и бипланы»
— Всё-таки безымянный корабль — это безобразие, — ворчит Иван. — Даже самое мелкое каботажное корыто имеет имя, а наш уникальный воздушный лайнер — нет.
— На то он и уникальный, — сказал я, — ни с чем не спутаешь.
— Пап, как это безымянный? — прискакала из моторной гондолы Василиса. — Его же монах в Чёрном городе называл. И этот, инквизитор вчерашний…
— В смысле? — заинтересовался наш капитан.
— Ну, «Волонтёром». Это же значит «Доброволец», да?
— Он говорил «вола́нтер». Мне кажется, это от латинского volant, летать. Как воланчик в бадминтоне, — сказал я.
— А всё равно, — упрямо наклонила лобастую голову Василиса, — мне нравится «Доброволец». И звучит хорошо, и по смыслу подходит. Мы же добровольно спасаем Мультиверсум!