Проснулись живые, перекусили и поехали. Лидариха, кстати, похоже, впадала в спячку: чтобы разбудить её, мне пришлось теребить тётку минуту, не меньше. При этом температура тела во сне очевидно падала, она бледнела. Ну… может, и сносно, но как её кормить-то? Хотя пусть подкожными жирами питается, справедливо рассудил я. Ну и можно мясо вываривать, бульон там.
А часа в три пополудни, помимо раздражающей грязюки, с неба стал падать дождь. Точнее, грязюка довольно быстро исчезла, а вот пустыня натурально зеленела всяческим разнотравьем и даже цветами. Что меня не слишком радовало: джунгли близко, да и «зонтик» из огня тоже жрёт магические силы, а ехать на нашей скорости под дождём — мягко говоря, некомфортно. И где-то в районе шести часов показались джунгли.
— Привал, — решил я, останавливая аркубулюса. — Будем думать, как двигаться дальше.
Сообщил я это, как понятно, себе — из собеседников была только Динька, с интересом вращавшая головой с моего погона. Но она советов точно не даст — модус операнди у неё: «старшему виднее».
23. Марш-бросок
Лидари так и не проснулась, а я, зачаровав духами стоянку, оставив железного медведя на страже и напоив спящую (захочет жрать — проснётся, а нет — так похудеет, не помрёт), направился с Динькой смотреть, на что похоже преддверье джунглей.
И для начала, я начал хлюпать и проваливаться в топкую почву. Река даже не «разлилась», а равномерно покрывала почву джунглей в округе, превращая эту саму почву в непролазную топь, подло прячующуюся под травой и прочими мхами.
— Так жить нельзя, — проворчал я, выдирая лапы из болотины.
Вздохнул, полностью обернулся и рванул на четырёх лапах к деревьям: в такой позиции я почти не проваливался, точнее, почти не успевал провалиться. По пути на меня раззявила пасть какая-то крокодилина, получила плюху с огоньком и перестала скалиться. А я вскочил на дерево, скорбно оглядывая округу. Выходило, мягко говоря, нерадостно: болото оно болото и есть. Звери, видимо, откочевали на возвышенности, но насекомых и крокодилин со змеями хватает. Пробовал оскорбить действием меня только один, но всякого гадства в округе хватало. И некоторые были навью, что вообще-то в рамках биоценоза Пряного выходит не вполне верно. Духи местную живность не столько «одерживали-использовали», сколько находились с ней в этаком естественном симбиозе. И тупой агрессивности (сверх природной, само собой) они не проявляли. Самое забавное, что именно навь-змеи и навь-крокодилы от меня разбегались, а вот простые звери, как огрёбший крокодил, вполне могли пытаться нагадить.