— Но я, ваше высокоблагородие, и вчера был живцом. Насколько безопасно повторять этот опыт? Насколько безопасно этомне .

Он сокрушённо вздохнул, хлопнул ладонями по коленям:

— Вы абсолютно правы. Возникла некоторая сложность. Бюрократические проволочки. Горизонтальные связи в таких местах часто обеспечивают колёсам внушительные палки, а не посильную помощь, уж простите за ещё один образ.

Глаза-то у него были холодные-холодные, пусть и кривлялся асессор. Но вот только он с таким же видом, уверен, будет как загонять иголки под ногти жертве, так и катать любимую дочурку на карусели. Мне не хотелось его злить. И это злило уже меня!

— Очень путано объясняете, — вздохнул я. — Очень клонит ко сну.

— Вчерашняя… Назовём её бойней, вы не против? Да, пусть будет бойня, — согласился сам с собой Варанов. — Вчерашняя бойня результат того, что вы были живцом в непредсказуемом месте. Когда ловят хищника, то делают это там, где надо охотнику. При вашем согласии нам помочь детали организованной засады мы возьмём на себя. Нам нужны живые исполнители, а не груды трупов. То что вы устроили в доме Цацкиной… Такого повториться не должно, понимаете?

Мои глаза полезли на лоб. Ничего себе рекомендации на тему «как спасти свою шкуру». И почему бойня?Я ж людей жалел! Убивал по необходимости только. Кучу бойцов только вырубил.

— Что значит «повториться не должно»? — тихо уточнил я.

— Вы убили всех нападавших, Илья Александрович. Это затрудняет работу дознавателей. Мы же хотим найти Бека?

Какого лешего? Кровоманты вырубленных штурмовиков высушили? Или големы Рррупи доели?

— Никто из них бы хозяина всё равно не выдал, — покачал головой я, сев на кровати. Спина ответила болью, от чего дыхание перехватило. — Там… всё продумано. Амулеты…

— Да, мы знаем, — отмахнулся Варанов. — Уже изучили. Канцелярия разберётся с этим. Главное, получить нападающих живыми. Это очень облегчит дело. Вы же, Илья Александрович, свидетелей не оставляете. Простите, но так мы зло не победим.

— Прошу прощения, ваше высокоблагородие, а как я должен буду защитить себя и своих близких? Красиво умереть, ожидая пока подмога горизонтальные связи обеспечивает?

На лице Варанова появилось раздражение. На миг, но я заметил.

— Достаточно просто делать то, что мы попросим, и не вылезать. Остальное берём на себя.

Он снова стал милым и добрым парнем:

— Илья Александрович, поверьте, вы и не заметите назойливого визита, если согласитесь сотрудничать. Если же вдруг, внезапно, до вас кто-то доберётся, то действуйте. Я попрошу моих людей смотреть в другую сторону. Быть другом Канцелярии лучше чем оказаться её врагом.