— Но зачем? Всё же провалилось.
— Я могу показаться редким мерзавцем, Илья. Я и есть редкий мерзавец. Но в твоём случае… Я не мог поступить иначе. Такое объяснение тебя устроит?
Я кивнул.
— Тогда всего хорошего, Илья Александрович.
Мысль родилась внезапно. Прострелила облегчающей яркостью.
— Погодите немного здесь.
— Чего? — удивился асессор.
— Сюрприз. Андрей, я тебя вижу!
— Я, кстати, тоже, — заметил, не оборачиваясь, Варанов. Княжич вышел из-за зарослей.
— Вы находитесь на моей земле, — едва сдерживая ярость, произнёс Андрей.
— Приношу свои извинения. Дело государственной важности, — привычно равнодушно ответил асессор.
— Андрей, прости, — поспешил вмешаться я. — Господин коллежский асессор принёс очень важную вещь. Я на минутку. Никуда не уходите. Можете пока поругаться.
Когда я вернулся, то за мною семенил Бек, и едва он оказался под светом фонаря рядом с Варановым, то с придыханием проговорил:
— Я Генрих Олафович Штольц хочу признаться в организации незаконного дела связанного с запрещёнными…
Дослушивать я не стал. Знал, что он будет говорить, знал как охотно будет обо всём рассказывать. Да и что именно старик сделает с собой, когда закончится суд и будет объявлен приговор. Все инструкции Штольцем были получены и усвоены. Поэтому я развернулся и ушёл из сада. Сел за стол рядом с Лизой, протянул руку к стакану с компотом.
— Ты оставишь его в живых?
— удивлённо спросила девушка.
— Пусть принесёт пользу обществу, — ответил я. Компот был чудесен, не чай, конечно, но вполне себе замена. — Хоть какую-нибудь. Думаю, Дворкин этого бы хотел больше, чем, если бы я просто сделал из Бека чучело. Так что пусть так и будет.
Лиза улыбнулась мне, и будто бы в ней стало ещё чуть больше любви чем прежде. Что, разумеется, невозможно, хе-хе.
Через пару минут вернулся Андрей, сел напротив нас. В саду уже не было ни Штольца ни Варанова.
— Ну что, — сказал Андрей, — ты свободен?
— Думаю да, — предположил я. — Кажется, я со всем разобрался.
Мы продолжили наш вечер в праздных беседах, иногда смеясь, а иногда и крепко задумавшись. Будто старые друзья. Рядом с нами сидела Княгиня и грустно улыбалась.
А через полчаса на смартфоне пиликнуло лаконичное сообщение от коллежского асессора:
«Спасибо».
Глава 23
Утром я навестил Василису, но ведьмочка ещё была без сознания. Мастер Гарибальди уверил нас, что это нормально при таком напряжении в первые дни после обретения дара, но у меня душа была не на месте. Фигурально выражаясь. Так-то она, слава хорошему, была там, где ей нужно быть, но вот вид измождённой девушки, лежащей в кровати без сознания, отзывался в груди щемящим дискомфортом. Вот такой вот сторонний эффект обретения души мне совсем не нравился.