— Ой, давай без этого, — сказал Претендент, приблизившись. Рядом с ним открылся портал. — Идём.

— Куда⁈

— Нет времени объяснять, — чародей шевельнул рукой, и стена, к которой я прижимался, пнула меня в сторону портала. Ввввух! Мир завертелся, закружился, вывернулся в спираль, запрыгал по разноцветным пластинам, снова извернулся, а затем встал ногой мне на желудок, и уже через мгновение я стоял на четвереньках у роскошного камина и блевал на тигровую шкуру. Порталы это мерзко, оказывается. Никогда прежде в них не был. Надеюсь, и не придётся.

— Фу, — сказал Претендент брезгливо, глядя на моё раскорячившееся великолепие.

— Мне тоже не нравится, — поделился я, отдуваясь. Вселенная перестала плясать, и это хороший сигнал. Добавлю в коллекцию славных новостей, ибо раз меня ещё не убили, значит и не планировали.

Наверное.

Мы оказались в каком-то охотничьем домике из цельных брёвен тёмного цвета. Следы моего знакомства с порталами исчезли вместе со шкурой. Высокий Претендент упёр руки в бока, глядя то на меня, то на Многоликого.

— Полагаю, вы смогли бы его победить, — выдал Маска, наконец. — Хотя, он вас почти отделал.

— Чем обязан ручному Претенденту самого Свиридова? Концепция поменялась? Мне казалось, что мы совсем не друзья. Что же изменилось?

Маска хмыкнул, не скрывая удивления.

— Похвальная осведомлённость, господин Артемьев. Вы очень непростой молодой человек, можете далеко пойти, если уцелеете.

Он медленно поднял руку и снял маску с лица. Это либо жест доверия и открытых карт, либо живым меня отсюда выпускать не собираются. И где это я, кстати?

— Святослав Игнатьевич Оладушкин, — представился Претендент. — Приближённый чародей Его Императорского Величества.

— Илюшка, — буркнул я. Он меня, разумеется, знает, но этикет требует ответить.

— Я надеялся обойтись без личного вмешательства, Илья, но риск вашей смерти оказался велик.

Оладушкин, извиняясь, развёл руками и совсем по-мужицки почесал затылок:

— Чаю?

— Премного благодарен. И за предложение, и за вмешательство. Кто это? — я кивнул на Многоликого.

— Это… — Он хмыкнул. — Это Бес. Личный чародей князя Разумовского. Предан ему как взращённый с младенчества пёс. Исполняет деликатные поручения разной степени законности. Обычно играл роль хорошего парня, но ситуация быстро меняется.

Одарённый обошёл массивный дубовый стол, устроился в кресле позади него. Отсюда он хорошо видел и меня, стоящего у камина, и лежащего Многоликого. Из соседней комнаты выплыл поднос с парящим чайником и двумя чашками. Претендент на посуду даже не посмотрел.