Лекарь замер секунд на пятнадцать, а затем, повернул голову ко мне:

— Не получается! То зрение не возвращается.

Я развёл руки в стороны:

— Видимо, не с первого раза.

В глазах лекаря снова появился огонёк. Его заметил и мой отец и, усмехнувшись, легонько ударил ладонью по столу:

— Семён, не сейчас! Владимир позже сможет убить тебя ещё разок. Ведь сможешь?

Последний вопрос адресовался мне, так что я развёл руки в стороны:

— Сколько угодно раз!

Глава рода снова усмехнулся и покачал головой:

— Оксюморон… Ладно, сын! — Встав из-за стола, он подошёл ко мне, и приобнял, похлопав ладонью по спине. Отстранившись, кивнул. — Сейчас тебе нужно отдохнуть, немного освоиться. А к этому разговору мы обязательно вернёмся позже. Прежде нужно кое-что осмыслить. Хорошо?

Я покладисто кивнул:

— Хорошо.

— Вот, и ладно. — Отец нажал на кнопку на столе. — Анна, пусть Владимира проводят до его комнаты.

Из динамика донеслось:

— Сей момент, Николай Фёдорович!

Главная переговорная Подмосковного имения рода Лесковых.

Глава рода Лесковых и Семён Михайлович.

Когда дверь за уборщицей, которая убирала разлитый алкоголь, закрылась, глава рода Лесковых поставил перед Семёном бутылку:

— Проверь, действует ли препарат.

— Момент.

Ладони лекаря зажглись зелёным цветом, и он провёл ими вокруг бутылки. Жидкость внутри отозвалась, окрасившись в зелёный цвет.

— Препарат, определённо действует. А что там за препарат?

— Что-то вроде сыворотки правды. — На недоумённо поднятые брови лекаря, глава рода усмехнулся. — Это — моя специальная бутылка для переговоров. Я из неё недавно главу Орловых, Илью поил. Препарат хорош тем, что распознать его действие принявшему почти невозможно. Правдивые мысли сами стремятся слететь с языка. Принявший воспринимает это просто как желание поделиться. Поэтому, использовать можно только на союзниках, чтобы убедиться в их лояльности. Ну, а через полчаса действие полностью сходит на нет.

Лекарь нахмурился и посмотрел на отставленный почти полный бокал главы рода:

— Я могу понять зачем нужно узнать мысли союзника, но нам зачем…

Лекарь не успел договорить, Николай Лесков его перебил:

— Случайно. Не успел убрать после Ильи, и перепутал бутылки. Лишь когда пригубил, почувствовал, еле заметный привкус препарата.

Лекарь кивнул:

— Понятно. То есть, ближайшие полчаса мне лучше не выходить за территорию земель рода? Чтобы секреты рода не разболтать.

Николай Фёдорович махнул рукой:

— Там от дозировки зависит, а мы с тобой по глотку сделали. А вот мой сын…

Лекарь усмехнулся:

— А Ваш сын, да — залпом бокал Суздальского креплёного опорожнил, и бровью не повёл. То есть… — Мужчина в удивлении поднял брови. — Вы с самого начала знали, что Владимир говорит правду?