— Ну, если бы ты сказала «невыполнимо», я бы начал переживать, — улыбнулся я. — А сложно значит решаемо. Сколько у меня времени?

Марена положила ладонь на свой живот, словно прислушивалась, и не очень уверенно произнесла:

— Около шести месяцев.

— Тогда и переживать не о чем. Мы ещё десять раз успеем ограбить сокровищницу Триглава, — я заговорщицки подмигнул, и Марена с облегчением рассмеялась. Судя по всему, она нуждалась в поддержке, человеческом сочувствии и простом успокоении. — Подумай пока, что ты знаешь о Триглаве и этом Кркавческом камне. Запиши всю информацию и перешли мне.

— Хорошо, — согласилась Марена и, когда я уже поднялся, чтобы уйти, окликнула меня: — Но это не всё.

— Слушаю, — я приготовился к очередной неприятной новости.

Как в том анекдоте:

'— У меня две новости.

— Ладно, начинай с хорошей.

— А кто сказал, что будет хорошая?'

— Можешь так не напрягаться, — хмыкнула Богиня. — Если уж ты собрался Триглава обворовать, то с этим справишься без проблем. Мне нужен главный жрец, но не понарошку, как сейчас, когда жрецом может поработать любой. Что? Вы не знали, что у жрецов есть специальное посвящение и что они приносят магическую клятву своему Богу? — она закатила глаза. — Дело в том, что я быстро набираю силу. И когда я верну её хотя бы наполовину, вы не сможете больше со мной общаться напрямую. Ваш организм просто не выдержит, и ваши головы взорвутся. Бах! — она всплеснула руками, имитируя взрыв. — Боги нередко спускаются к своим подданным, но для этого они вселяются в жрецов. Либо говорят через них. В общем, мне нужен маг третьего, как минимум, ранга, который готов стать моим жрецом.

— Ну, не сказал бы, что это легче, чем ограбить Триглава, — я поморщился. — Найти преданного человека, который согласится оставить мирскую жизнь и посвятит себя служению… Ну и ещё небольшой нюанс — он должен уметь хранить тайны и не растрезвонить всем, что знаменитая Марена вообще-то жива.

— Другого выбора нет, — она словно заледенела и гордо задрала подбородок. — У Богов свои потребности.

Я проигнорировал её вызов и усмехнулся:

— Погоди, это что же выходит, у меня осталось совсем немного времени, чтобы погулять с тобой по Краснодару? А потом либо ты взорвёшь мне голову, либо мне придётся провести экскурсию седобородому старику?

— Почему седобородому? — удивилась Лера.

— Почему старику? — вставила Вера.

— Стереотипы, — хмыкнул я.

Мы попрощались, и я покинул Северные Гребешки. Моё присутствие там не требовалось — сёстры Добрые умело вели хозяйство, торговля под их чутким руководством процветала, всё чаще не Северные Гребешки вывозили свою товар в Краснодар на ярмарки, а наоборот — покупатели, наслышанные о натуральных и вкусных овощах-мясе-фруктах и прочей качественной продукции, приезжали в деревню, чтобы затариться. Р — репутация. Через духовку я за пару мгновений перенёсся в Краснодар. Там я решил не вызывать такси, а прогуляться до Академии пешочком — уложить мысли в голове, составить план действий. Да уж, отдых мне только снится. По дороге я купил шаурму и с аппетитом в неё вгрызся. Вкуснотища! И день сразу же показался светлее. В приподнятом настроении, хрустя маринованными огурчиками, я шёл по парку. Листья с деревьев уже полностью облетели, парк просматривался со всех сторон, поэтому я сразу же приметил чуть впереди трёх парне — лет двадцати-двадцати трёх. Стояли, о чём-то шушукались, подозрительно оглядывались. Хотят поживиться чужим добром? Я с нежностью посмотрел на шаурму и свернул на боковую дорожку — такой ценностью я делиться ни с кем не намерен.