— Из оракулов выйдут отличные Мокошки, — пространно ответила Мокошь. — Однако выбор у меня небольшой. Иностранных пророков я не могу использовать, потому что там властвуют чужие Боги. Не хотелось бы, чтобы какой-нибудь Тескатлипока объявил нам войну. А в Российской Империи… Вы и сами в курсе, что Перун прикарманил всех оракулов. Так что мне пришлось выбирать из объедков, — она хмыкнула и указала на зеркало, в котором соткалось изображение женщины лет тридцати с орлиным носом. — Директор Академии Романовых очень оберегает свою сестру. У него получилось спасти её от цепких лап Психотроников.

— Её способности могут измениться в неожиданную сторону, — предупредил Сварожич.

Хорс перевёл слепой взгляд на зеркало и проронил:

— Эта женщина слаба духом. У неё повреждена душа. Я чувствую гнев и отчаяние, которые кипят в её сердце. Да, она способна держать себя в руках. Но захочет ли?

— А кто её будет спрашивать? — небрежно усмехнулась Мокошь. — Она не посмеет пойти против Бога.

— Ярость сильнее логики, — возразил Хорс, но продолжать спор не стал.

* * *

Академия Романовых, комната Анны Викторовны.

Разбирательства заняли полдня. Полицейские изучили каждый квадратный сантиметр обвала — искали магическое вмешательство. Анна Викторовна следила за ними, затаив дыхание, потому что технически магическое вмешательство было — она изменила будущее. Подумать только! Она до сих пор не могла поверить. Однако полицейские не обнаружили ничего подозрительного, а прибывшие чуть позже специалисты по архитектуре сделали вывод, что по несущей стене пошли трещины, из-за чего она и обвалилась. А за ней — потолок. Несчастный случай. Виктор Викторович согласно кивал, хоть и понимал, что дело нечисто. Уж он-то точно сложил два плюс два. Раз — кто-то стёр ему память. Два — Психотроник находился в комнате его сестры-оракула. Однако Анна Викторовна почему-то ему не рассказала правду. Впервые за долгие годы она чувствовала себя… могущественной и абсолютно не боялась использовать свои пророческие способности.

С лёгкой улыбкой она вытащили из подушки пёрышко, подбросила его в воздух и заглянула в будущее. Она видела, как пёрышко будет падать — кружиться, парить и трепетать на сквозняке. Анна Викторовна сосредоточилась и пожелала, чтобы пёрышко отнесло сильно вправо и бросило на письменный стол. Туман окутал комнату, но в следующее мгновение пропал и пёрышко действительно полетело к письменному столу — куда не могло бы попасть без постороннего вмешательства. Но ему хватило всего лишь желания Анны Викторовны. Она расплылась в улыбке. Перед ней открывается столько возможностей! Но почему-то её мысли постоянно возвращались к моменту, когда каменная плита расплющивала Психотроника. Анна Викторовна просто не могла перестать об этом думать…