— Но, если вдруг передумаешь и захочешь продолжить обучение, просто найди меня, я всё устрою, — сообщила Аня, поняв по моему лицу, что я думаю о её предложении.

— Спасибо, буду иметь в виду, — ответил я.

— И тебе не обязательно учиться там, где я работаю, — продолжила она, снова утыкаясь носом мне в грудь. — Я не буду настаивать на продолжении наших отношений, я просто буду рада тебе помочь.

— Я знаю, и поверь, очень это ценю, — произнёс я, чуть сильнее обнимая её.

Аня выбралась из моих рук и, сев на кровати, внимательно на меня посмотрела.

— До утра останешься?

— Нет, — вздохнул я. — К сожалению, не могу. Через часик двину уже.

Хоть я изначально и планировал остаться, но… Это было бы лишним. Наши отношения и так зашли уже слишком далеко. Я видел и почти физически ощущал, что между нами стали зарождаться чувства, у Ани так точно. А это бы всё только осложнило.

И как бы я ни хотел отправиться с ней, но нужно было расходиться, пока это ещё возможно и не привело ни к каким проблемам. Это сейчас наши встречи не мешают ни её репутации, ни делам. А что будет в Москве?

Аристократы живут своей жизнью и по своим правилам. Стоит кому-то разнюхать, что у Анны Леонидовны Васильевой есть любовник из простолюдинов, да ещё и восемнадцатилетний мальчишка, об этом раструбят, чтобы заставить реагировать её мужа. Да, брак может быть сколько угодно фиктивным, но вопрос задетой чести всё равно остаётся.

Аня печально вздохнула, осматривая свой номер, снятый явно с расчётом на то, чтобы провести в нём бурную ночь. Однако нашла в себе силы улыбнуться и нежно обняла меня за шею.

— Что ж, курсант Воронов, — игривым тоном произнесла она, глядя мне в глаза. — Раз у нас всего час, то не будем терять ни минуты! К бою!

Я обнял её и, крепко прижав к себе, поцеловал.

* * *

Екатеринбург, кабинет губернатора

На очередном совещании собрались только трое: сам губернатор Коростылёв да представители силовых ведомств — Имперской Службы Безопасности и полиции.

— Господа, с этим разгулом криминала пора что-то делать, — объявил Андрей Андреевич, оглядывая сидящих перед ним мужчин. — Нигде такого нет, только в нашем Екатеринбурге творится настоящий кошмар. Я уже даже у Святослава Георгиевича, князя нашего, помощи попросил, но тот так и не дал ответа, похоже, не до бед Екатеринбурга ему сейчас.

Тяжело вздохнув, Коростылёв ненадолго прервался, собираясь с мыслями. Последнее время работы становилось всё больше, а времени на то, чтобы с ней справиться — всё меньше. Из-за постоянной неразберихи между министерствами и людьми на местах приходилось порой не спать ночами. Или тратить свой законный выходной на такие совещания, как это.