— Есть логика в твоих словах, Игорь, — вздохнув, произнёс Коростылёв. — Но вот только я тоже одного не могу понять.

— Чего? — поинтересовался я.

— Да того же, чего и ты: зачем он тебя позвал? Сказать мне в твоём присутствии, чтобы я пошёл под сибиряков? Это странно. Зачем такие вещи говорить при посторонних? Что-то не понимаю я старика.

Губернатор совсем уж со мной разоткровенничался, даже по имени назвал, а не, как обычно — по фамилии. Но его можно было понять — с кем ещё ему это обсуждать? А обсудить хотелось. Потому как расстроен Коростылёв был сильнее, чем я. По большому счёту, я вообще уже почти взял себя в руки. И возможно, поэтому у меня в голове мелькнула довольно неожиданная мысль.

— А какие вещи он сказал при посторонних? — спросил я губернатора.

— А ты не слышал, да? — с раздражением произнёс Андрей Андреевич. — Прямым текстом велел идти под сибиряков.

— Нет, — возразил я.

— Что значит, нет? — удивился Коростылёв.

— А то и нет, что он посоветовал вам не спорить с Сибирским князем, но идти под него старик не велел.

— Что-то слишком хитро.

— А может, на то и расчёт? И меня, может, для этого позвали?

Губернатор совсем растерялся — похоже, стресс на какое-то время лишил его возможности оценивать ситуацию объективно.

— Для чего, для этого? — спросил он.

— Чтобы у князя был свидетель, что он не велел вам идти под сибиряков.

— Я намёков не понимаю, — сказал Коростылёв и поправился: — Сейчас не понимаю. Ты что, хочешь сказать, в случае чего Святослав Георгиевич всегда сможет заявить, что он всего лишь велел не спорить с Давыдовым, а под сибиряков я сам ушёл?

— Как вариант.

— И что мне делать?

На губернатора было больно смотреть.

— Выдохнуть, отдохнуть и всё хорошенько обдумать, — сказал я и через силу улыбнулся.

— И что бы я без такого ценного совета делал, — пробурчал Андрей Андреевич, но тоже усмехнулся.

В этот момент подъехала машина, из которой выскочил водитель и открыл заднюю дверцу, приглашая губернатора сесть в салон.

— Тебя куда подбросить? — спросил Коростылёв.

— Да никуда, — ответил я. — Прогуляюсь немного. Подышу свежим воздухом.

— Ну как скажешь. Тогда увидимся в самолёте, — сказал Андрей Андреевич и, кряхтя, залез в салон.

Водитель быстро закрыл за ним дверь, прыгнул за руль, и уже через несколько секунд представительский автомобиль уезжал с парковки Дворца Правительства. Мне же спешить было некуда — до звонка Ане оставалось ещё полтора часа. Поэтому я, не торопясь, прогулялся по центру столицы, дошёл до набережной Москвы-реки и уселся там на лавочку, чтобы, любуясь видом Крымского моста, переварить разговор с Уральским князем.