— Дом примерно в полутора километрах отсюда. Я вызову ребят. Чёрт. Что за хрень? Нет сигнала.
— Тихо, слышишь?
В ночной тишине откуда-то издалека доносилась едва слышная мелодия.
— Как красиво.
Взгляд Соболевой потерял осмысленность. Я отвесил ей пощёчину. Девушка охнула, а я полез в недра внедорожника. Сумка, о которой говорил Джус, обнаружилась здесь же. Что тут у нас? Святая вода из Иерусалима, кровь девственницы, ладан, крест, серебряный кинжал. Почти всё — бесполезное барахло. Аптечка с набором медикаментов. А вот это может пригодиться. Я поспешно достал из небольшой коробочки бируши и заткнул ими уши.
— Настя. Твою…
На площадке было пусто. Я перешёл на бег. Тропинка, ведущая к озеру, была пуста.
Глава 8
Оказавшись на берегу озера, я нерешительно замер. Проклятье, судя по следам на влажной земле, Настя уже в доме. Я погасил фонарик и осторожно приблизился к зданию. Если этот музыкант действительно Крысолов, то дело дрянь. Саквояж с побрякушками, выданный хозяйственным енотом, тут не поможет. Даже если получится уничтожить физическую оболочку демона, его инфернальная сущность гарантированно улизнёт, а после подыщет себе новое тело. Настя каким-то образом угодила под действие его проклятой музыки, иных объяснений её поступка у меня не было.
Я вытащил фляжку и сделал глоток. Нужно собраться. Вся надежда на то, что Джус сможет вычислить, где мы находимся, и вызовет подмогу. А до этого момента придётся полагаться исключительно на свои собственные силы. Нужно потянуть время и не дать дудочнику завершить его ритуал.
Послышался тихий щелчок. Проклятыебируши помешали мне услышать противника.
— А я всё ждал, когда же ты явишься, экзорцист. Не дёргайся, иначе нашпигую тебя свинцом. Брось саквояж. Держи руки навиду.
— Хорошо-хорошо, только не стреляй, — я продемонстрировал человеку сдвухстволкой пустые ладони.
— Надо же, ты пришёл без оружия. Я оскорблён. Ладно, мне надоело мокнуть под этим дождём. Давай, двигай в дом, не будем заставлять твою подругу ждать. До окончательной фазы ритуала осталось не так много времени. Угораздило же вас на меня выйти, — Георгий толкнул меня стволом в сторону двери. — Почему нельзя было явиться утром и забрать тела этих молокососов?
Решили погеройствовать? Вы хоть знаете против кого попёрли?
Георгий ударил меня прикладом и я буквально рухнул на пол.
— Эй мелкая, — Георгий кивнул одной из зарёванных девчонок, — возьми наручники и пристегни его.
Девочка кивнула. Похоже, за проведённое время дудочник сумел сломить волю пленников. Вон как покорно они себя ведут.