— Шоколад? Эм… Вообще-то, я на диете… — будто бы оскорбился Дуда, но потом медленно потянулся в карман пиджака. — Но для друга не жалко, цени! Угощайся!

Я улыбнулся, принимая помятую, подтаявшую шоколадку, на которой, по виду, спали. Хотя какая разница, я-то есть ее не собираюсь, а моему энергетическому Пуше все пойдет. И гордое название «друга» нести собирался с осторожностью — пока все, что делал Дуда — качественно, не особо красиво, но многочисленно подставлял меня. Но как источник информации пригодится.

— Спасибо.

Дуда тем временем подхватил Лапика с кровати и не особо церемонно запихнул его в клетку, крепко запирая небольшую дверцу. Я приподнял бровь, посмотрев на это. Как мне казалось, здесь единицы не брали пэтов с собой. А тут — собеседование в клан, питомец — статусная зверушка, и Лапик остается в клетке?

— А его ты не берешь?

— Да… — Дуда замялся с ответом, не глядя ни на меня, ни на клетку, и шмыгнул к двери, стремясь побыстрее уйти. — Пусть посидит. Ему после похода с тобой плохо было, небось ты его арахисом перекормил.

Я многозначительно кивнул, больше не задавая вопросов, и только проверил, что сосед закрыл за собой дверь. Небось Иванову было неловко, что он идет к людям, у которых в роли пэта далеко не хомячки. Что ж, тут думать стоило раньше.

Я раскрыл подтаявшую шоколадку, стараясь не измазаться в сладости, и огляделся по сторонам, выискивая личного питомца.

— Пуш, Пушистик? — можно сказать, нежно позвал я. И, на удивление, это сработало. Крошечный комочек пыли материализовался на стене и пристально посмотрел на угощение в моей руке. Увидев Пуша, хомяк моментально забыл про колесо и, вереща, попытался спрятаться в домик, явно испугавшись нового соседа. На визг Лапика Пушистик среагировал как положено хищнику: кинулся на клетку.

— А ну, стоять! Прекрати! — мои словесные приказы были проигнорированы, а я подхватить почти безматериальное существо не мог, этот чертов комок все время выскальзывал из пальцев.

— Ах так… Хорошо, раз ты занят, шоколадку съем я, — демонстративно пошуршав фольгой, я отломил крупный кусок, и медленно начал подносить ко рту. И эта угроза сработала: Пушистик забыл про возможную добычу, и замер, маленькими глазами наблюдая за попыткой съесть его угощение.

Я недоуменно замер, делая вид, что все в порядке.

— Ну а что, ты ж не будешь, а шоколад вот-вот растает. Чего добру пропадать?

Пуш заверещал не хуже Лапика, и кинулся на кусок в моей руке, пытаясь до него добраться сквозь пальцы.

— Нет. Нет. Нет. Либо ты не ешь, либо угощаю я. Но я главный, — я не сомневался, что Пушистик меня понимал, и поэтому даже с небольшим интересом наблюдал за метавшимся по комнате питомцу. Он явно всеми силами старался показать злость, негодование и просто-таки требование шоколадки. Я же просто потянул ломтик в рот, и Пуш смирился.