– Ох…ой… – закрывает рот рукой, посмотрев на меня округлившимися глазами. – Простите меня, Айрис, – краснеет как помидор.

– Ничего страшного, – сама заливаюсь краской, желая провалиться сквозь землю. – Пожалуйста, уберите это и сожгите, – скрываюсь в ванне.

Включаю воду в душе и становлюсь под горячие струи, подставив к ним лицо. Снова меня накрывает противное ощущение, будто мне безжалостно искромсали душу, сделав лишь наполовину человеком. Закрываю лицо ладонями и снова срываюсь в рыдания, оплакивая ту прошлую Айрис, которой я уже никогда не буду.

После душа, обмотавшись полотенцем, стою перед зеркалом, рассматривая свое опухшее и покрасневшее от слез лицо в отражении. Сжимаю губы, увидев безобразные кровоподтеки на шее и след от укуса. Тело до сих пор все помнит и ноет.

Высушиваю волосы феном и, переодевшись в халат, выхожу из ванны, чтобы найти в чемодане любимую расческу с длинными зубьями, которой мои густые, длинные волосы удобней всего расчесывать. В комнате уже никого нет, и с постели снято все белье. Но остался матрас, на который кровь тоже сумела просочиться. И здесь придется поработать химчистке.

Делаю шаг в тот момент, как дверь в комнату распахивается и как ни в чем небывало входит Джулиан, моментально заполнив своей дьявольской энергетикой все пространство. Замираю на месте, сжав руки в кулаки. Тело рефлекторно натягивается как струна.

На меня устремляется взгляд прозрачных холодных глаз, встречаясь с моими. Смотрю на него, испытывая такую бешеную ненависть. Никогда не думала, что могу так сильно кого-то ненавидеть.

Он выглядит иначе, чем мне доводилось видеть. Сейчас на нем нет строгого костюма. Он одет по-домашнему. На длинных ногах черные спортивные штаны, а на мускулистом торсе футболка с коротким рукавом темно-синего цвета.

Оказывается, не вся его одежда похоронного цвета.

Темно-русые волосы кажутся влажными, будто он только недавно вышел из душа, и лежат небрежными прядями. Сплошное воплощение опасной мужественной привлекательности. Но за ней скрывается жестокая и темная личность.

– Тебя, видимо, стучаться не учили? – цежу сквозь зубы, жалея, что не умею убивать взглядом.

– Это моя квартира, а ты моя жена, – низкий голос звучит с металлом.

– Я не твоя чертова собственность, – стискиваю челюсти до хруста.

Я вижу, как он переводит взгляд с меня на испачканный матрас и в его глазах что-то мелькает.

Не желая больше даже смотреть в его сторону, подхожу к рюкзаку и достаю расческу, начиная расчесывать волосы.

– Я скажу, чтобы тебе заменили матрас, – неожиданно произносит.