Девочки со своей тварью тоже закончили, поэтому, водрузив остатки многоножек на импровизированные столы, тоже из ледяных блоков, мы принялись внимательно их изучать.

— Ну? — спросил я у склонившихся к образцам студентов, — что видите?

— Очень похоже на гончих. Тоже тело из льда, источник магии и манаканалы, — произнесла Виолар.

Впрочем, в голосе девушки слышалось сомнение. Тварь другая и отличие должно быть.

— Верно, — кивнул я, — и о чём это свидетельствует?

— Что формирование этих существ происходило в сходных условиях, — ответила Полдарк.

— Тоже верно, — я улыбнулся девушкам.

Женский актив моей группы меня радовал своей вовлечённостью в процесс. Они живо включались в любую работу, не боялись строить предположения и делать выводы. Да, могли ошибаться, но ошибки это тоже часть сложного процесса поиска истины.

— А что скажешь ты, Бари? — обернулся я к Ботлеру.

Парень показывал неплохие лидерские качества, сплотив вокруг себя небольшую группу своих друзей. Обладал боевым характером. Да, ершистый и слегка неуживчивый, но весьма перспективный боевой маг, которому оставалось только поднять свой потенциал до необходимого уровня. Впрочем, даже без этого, используя возможность объединять силы, он мог удивить практически любого противника.

— Тварь намного сложнее убить, — буркнул тот, — у неё куда прочнее шкура.

— Отличное наблюдение. Но, как сказала мисс Виолар, тело из того же самого материала. Почему оно крепче гончих?

Народ задумался, вновь склонившись на тушками на столах.

Я отошел чуть в сторону, туда, где за нами, с любопытством, наблюдали все три женщины.

— Интересная у тебя манера преподавания, — заметила графиня, кутаясь в тулуп.

Пожалуй, больше всего в лагере скучала именно она. Обладая несомненными управленческими талантами, она не знала куда их тут применить. Морпехами не покомандовать, а студенты почти всегда заняты. Единственную отдушину для себя она нашла в контроле распорядка дня. Поэтому ровно в семь утра слышался её звонкий требовательный голос, будивший студентов. Затем она строго контролировала, чтобы все умывались, чистили зубы, аккуратно сворачивали спальники, и завтракали. Тоже самое происходило в обед, затем на ужин. А вечером, так же звонко она командовала отбой, после которого ещё два часа ходила и проверяла, все ли уснули. И только после этого, с чувством исполненного долга, сама ложилась спать, чтобы утром, встать за час до подъёма, первой привести себя в порядок, и затем снова поднимать остальных.

Надо ли говорить, что через несколько дней такого режима, армейские десятники стали поглядывать на графиню Честер с большим уважением. А после того, как Траллен прилюдно поставил женщину в пример, что та поддерживает дисциплину лучше чем в некоторых десятках, стали проявлять куда большее рвение сами.