Почему он решил что это те самые убийцы? Потому что висевший в воздухе дымчатый символ не оставлял в том сомнений. Подписываться таким могут или убийцы или самоубийцы.

Впрочем, их было не слишком много, две пятёрки, вывалившись буквально из воздуха, слаженно ударили по магистру земли из Империи, находившемуся чуть левее ректора итонийской академии и по самому Икаю. Но если защиту имперца им удалось продавить, то с итонийским магистром вышла заминка. Вообще, трехсотлетний имперский маг сделал Икаю целых два подарка. Во-первых, успел умереть первым. Во-вторых, почти не потратил свою магическую силу. Поэтому магистр жизни, выдержав первый удар, тут же перехватил утекающую в пространство жизненную энергию, которой у бывшего коллеги было накоплено весьма прилично, и хапнул сколько получилось ухватить заемной маны. Она напитала маноканалы, не уходя дальше в источник, поэтому запасти надолго её бы не получилось. Но даже так этого хватило, чтобы ударом одной сырой маны раскидать убийц. Досталось и окружению, но тут уже было не до выбора, когда собственная жизнь стоит на кону. А помощников, в конце концов, можно набрать себе еще.

Правда, добить оглушенных и дезориентированных ракамакцев им не дали. Словно из-под земли, разбрасывая прелую листву, двигаясь на невероятной скорости, на них налетели закованные в броню рыцари, мгновенно сминая ряды простых магов. Похоже, это были те самые паладины, про которых Икай слышал от разведки Совета магов. Сейчас он воочию убедился, насколько эти странные одаренные, считавшиеся доселе почти бесполезным балластом, эффективны. Нет, так просто взломать личную защиту магистров у них не вышло, но ряды приближенных магов они буквально проредили, пройдясь косой смерти.

Но нет худа без добра: умиравшие тут же пополняли своими жизненными силами самого магистра, позволяя легко отбивать все атаки.

Долго, однако, так продолжаться не могло, и, скрипя зубами, он громко объявил отступление. Нужно было оторваться от преследователей и получить хоть немного времени на ответный удар. Вот только тут на них напали сзади. С гневом он увидел, как по бросившимся в тыл из леса ударили заклятия. А потом несколько магов и вовсе отделились и присоединились к выскочившим вслед за заклинаниями неизвестным.

Впрочем, не совсем неизвестным. Протерев глаза, в бежавшим впереди всех одарённом, Икай внезапно узнал Зарека, неповторимую магическую сигнатуру которого мог узнать, что называется, с закрытыми глазами. Вот только одет был его вечный конкурент за господство над Итонией в какой-то странный, грубый и даже на вид тяжёлый доспех, а в руках держал, тут маг испытал когнитивный диссонанс, огромную обоюдоострую секиру. Которой и принялся рубить зажатых в клещи соратников магистра жизни издавая грубые гортанные крики. Как какой-то понт…