— Это шантаж или угрозы?! — Оскалился лежащий в странной позе нелюдь, как никогда став похожим на огромную злобную крысу.

— Это — процесс согласования оплаты за уникальную услугу, аналоги которой в данный момент вам недоступны. — Хмыкнул я, играя в гляделки с пленницей, что несмотря ни на что отчаянно дергала свои оковы, пытаясь их поломать. Пока у неё абсолютно ничего не получалось, однако пушистая дамочка по всей видимости могла похвастаться изрядным упорством. — Когда товар продают с высокой наценкой — это нормальный бизнес. Разве нет? Просто вам сегодня не повезло оказаться с другой стороны прейскуранта.

— Триста пятьдесят? — Принялся торговаться делец, который и на пороге смерти был готов драться за лишнюю монету.

— Так понимаю, вы способны держать этот барьер до завтрашнего дня, а потом и еще немного? Мне торопиться то некуда, если вдруг придется худо, спокойно добегу до крыши и спрыгну вниз. И не только не разобьюсь, но и уйду отсюда своими ногами. — Блеф это был или нет? Вот честно, не знаю. Тело и аура от недавних перегрузок успели немного отойти, а потому использовать магическую энергию возможность имелась. И для смягчения падения её можно использовать многими способами: парашют, аналог альпинистского шкура, когти для цепляния за стены…Но насколько сие будет эффективно и затратно — уже совсем другой вопрос. — Ну-ну, не надо тут на меня рычать и злобно скалить вставные зубы. Отлично вижу, что они у вас золотые, отменного качества и наверняка даже зачарованы, но так мы к устраивающему обе стороны соглашению не придем.

— Пятьсот риамов, — просипел старый опоссум с таким видом, будто готовился пожертвовать своим сердцем. Переигрывает. Я, конечно, не совсем уверен в покупательной способности данной валюты, но в мешочках которыми поделился его сородич с покойным Роздисом не могло быть меньше нескольких десятков монет. И пусть получили мы их взамен на довольно впечатляющую гору барахла, но торговый дом с его имуществом и обитателями точно стоит больше в сотни раз. Скорее даже в тысячи. А уж возможность не менять руководство в сложнейший исторический период, оставив во время кризиса у руля дожившего до седого меха начальника, должна являться воистину бесценной. — Больше просто не могу! Мне еще долго придется восстанавливаться от сегодняшних потерь, и я отнюдь не уверен, что ими все кончится!

— Пятьсот звучит гораздо хуже, чем пять тысяч, что было бы куда ближе к справедливой цене…Но ладно, пятьсот так пятьсот. Однако в прибавку к золоту, которые вам в ближайшем будущем так понадобятся, хочу получить несколько услуг, не требующих больших финансовых вложений, исполнить которые ты поклянешься своим богом. — Была некоторая опасность того, что избавившись от проблем старая крыса заявит нечто вроде: «Кому я должен — всем прощаю!». Но с учетом его статуса священника, данные именем высших сил обещания, скорее всего, придется держать. Своим слугам, конечно, покровители разумных опоссумов могут прощать их мелкие грешки…Но к урону своей репутации большинство властьпридержащих относятся весьма болезненно. — А мой твои слова услышит и, при необходимости, наябедничать не постесняется. Ты же видишь, с кем и как я связан?