— У меня нет ответа, Камалия, — сказал он, — Кроме того, что убитый тобой нищий мог оказаться таким же переодетым аристократом как и мы. Может барон какой-нибудь, а то и граф. А ты взяла и без разбора прибила бедолагу.

Сказанное приятелем рассмешило герцогинь, а его сюзеренша даже продолжила шутку, резонно заметив, что Камалия это наверняка понимала, но не беспокоилась, так как у переодетого в грязную, вонючую одежду титульного дворянина, имелся бы при себе защитный амулет.

— Не один ты у нас предусмотрительный, — напомнила другу правительница Гирфеля.

— Раз так, тогда пошли дальше, — вздохнул землянин, — И помним, что за использование оружия или боевой магии вне дуэльных площадок и не для защиты от вооружённого нападения полагается повешение.

— У меня в Нейторе — кол.

— А у меня, как и здесь в Трине, петля. В Ливоре тоже кол. Правда, у себя в Пелоне я приказала использовать гарроту для таких преступников, только, так и не успела никого из драчунов приговорить к ней. Пришлось бежать раньше.

Подруги поделились сведениями, направляясь вслед за вновь возглавившим их маленькую компанию графом Приарским.

— Тогда, Камалия, считай, что ты заработала и на петлю, и на кол, и на гарроту тоже, — обернулся на ходу Егоров, — Хотя, да, вам же закон не писан. Но я всё же настоятельно попрошу…

— Да поняли мы, Игорь, поняли, — уверила Латана, — Кама больше не будет так делать. И я.

Улочка, на которую они вышли, находилась в стороне от основных городских присутственных мест, площадей и дорог, и даже не была вымощена. Приключенцев сейчас спасало то, что дождей не было уже несколько дней, иначе друзья утонули бы в грязи.

Тот трёхэтажный дом, вдоль забора которого Игорь провёл своих подруг, смотрелся среди остальных зданий, как лэнский замок-башня в окружении призамковых построек. Видимо, в особняке обитал кто-то из мутных торгашей, занимаюшийся не совсем честным бизнесом, раз поселился в таком непрезентабельном районе.

— Я тебе рожу расцарапаю! — вопила какая-то тётка возле хлебной лавки, на такую же, как и она, полную товарку.

Ширина улицы не превышала десяти метров, поэтому смеющаяся и подзуживающая ругаюшихся женщин куча народа, перекрыла весь проход в нужном землянину направлении.

— Ротозеев расталкиваем, но без лишней грубости, — распорядился Игорь и увидел, с каким удовольствием, чуть даже оторопев — таких сцен, с использованием местных идеоматических выражений герцогиням видеть ещё не приходилось — смотрели аристократки на ругань горожанок, — Лана, Кама, вы, конечно, числитесь провинциалками, но такие разборки для вас не должны быть в диковину. Так что, двигаемся дальше.