Земной юмор Тэг не уловил. Он и местный-то не всегда мог оценить.
— Наша мудрая правительница ведь не станет вникать сколько мешков и тюков какого наименования мы захватили, — объяснил он очевидное командующему, — Ей надо в докладе просто сумму указать и всё.
— Укажи, — согласился Игорь, — Только я цен не помню. У меня же Шминц флешкой с этой информацией служит, а сейчас его со мной нет. Что Оплин говорит?
— Адмирал? Говорит, что завтра во второй половине дня эскадра будет готова к походу, — Тэг с огорчением посмотрел на маршала, — Ты всё же решил лично отправиться к биранской гавани? Графиня и добрая государыня знают?
— Да. Нет. Ответы на оба вопроса поочерёдно. Граф, здесь вы с Майеном задачу уяснили, справитесь без меня, герцог Сероб ещё не скоро стянет сюда полки, его сын тоже много времени под стенами Вара протопчется. Сам Хаос ведёт меня в бой. Морской. Слушай, дай команду насчёт мыльни и позволь мне сегодня с вами всеми распрощаться. Майену привет от меня, как появится. Скажи, что встретимся завтра. А к баронету Оплину пошли гонца. Пусть к полудню ждёт моего прибытия.
Глава 22
— Адмирал, — Игорь спустился в каюту, которую на время плавания ему предстояло делить с баронетом Оплином, — А мы зачем опять от берега почти перпендикулярно удаляемся? — он сел на длинный топчан, служивший одновременно и сундуком для вещей. Каким бы большим кораблём ни был четырёхмачтовый флагман "Гирфель", пространство для проживания на нём всё равно ограничено, — Эскадра идёт с большой скоростью, и даже если нас с берега заметят и догадаются о цели нашего плавания, мы успеем сделать свои дела раньше, чем гонцы успеют предупредить.
Баронет вытянул ноги, чтобы служанка стянула с них сапоги и завалился на такой же лежак, какой был и у Игоря. Камзол и рубаху адмирал скинул, а вот штаны не стал.
— Впереди, на двое с лишним суток пути, очередная цепь скал и подводных рифов, — пояснил адмирал, заложив руки за голову, видимо, одной набитой соломой подушки ему было мало, — Можно между ними и берегом пройти, только если налетит шторм, то галеры-то спасутся на берегу, а нас разобьёт. Утопнем, и ладно, — в баронете проскользнул фаталист, — Но меня ведь наша прекрасная правительница не простит за тебя. Каково будет жить моей жене и дочуркам? Игорь, поговори ещё раз с супругой насчёт моей младшенькой. Места ведь себе не находит. Мать изводит. Да и мне грустно. Знаешь, какое тяжёлое наказание быть взрослой дочери отцом?
Егоров, собиравшийся было тоже прилечь, едва не свалился на пол. Услышать в далёком от Земли магическом средневековом мире почти дословную фразу из грибоедовской пьесы "Горе от ума", казалось настоящим сюрреализмом.