Там же Егоров тренировал очередной новый для Орваны род войск. Теперь у землянина кроме кирасир появились и гренадеры, для начала в количестве пятидесяти человек.

Во главе этой полусотни Игорь назначил Флетта, ветерана, бывшего совсем недавно одноруким калекой. Графиня Приарская четырьмя использованиями заклинаний Лечение не только восстановила командиру гренадеров руку, но и так поправила его здоровье, что теперь больше сорока Флетту и не дашь.

Тания и её супруг получили в своё распоряжение очередного помощника, в преданности которого можно не сомневаться.

Не забыл Игорь и про своё обещание научить герцогинину труппу менестрелей морским песням. Дважды выкроил на это дело по три часа. Его выбор, помимо "Прощайте скалистые горы", пал и на "Три года в море рыскал…" Владимира Высоцкого. Егоров хотел было разучить с музыкантами и певцами ещё "В Кейптаунском порту", но передумал. Решил, что и пары новых песен хватит.

Весь двор, по рассказу Дильяна, был в восторге не меньшем, чем сама правительница. Игорь поторопился, не отложил на потом выдачу музыкальных новинок, потому что со дня на день в гирфельскую гавань должна была вернуться эскадра победителей, адмирала которой мог ждать неприятный разговор с государыней. Вне зависимости от того, что вещал "Гирфельский вестник" о милосердии и доброте правительницы, встреча её с баронетом Оплиным грозила для последнего опалой или даже чем похуже.

Хитрому попаданцу удалось навеять на Лану морскую романтику и, как уверила мужа Тания, теперь адмиралу ничего кроме лёгкой взбучки не перепадёт.

— Командир, очередное послание, — в трёхкомнатный номер, который граф Приарский занимал в гостинице варского постоялого двора, через час после ужина явился руководитель диверсионной работой Нид Пилеш собственной персоной и протянул Егорову свиток, — В этот раз Ванитен не пожалел отправить полусотню для доставки этого письма, — после жеста устало развалившегося в кресле маршала он сел на один из четырёх стульев у стола, — Мы биранцев сопроводили и возле Зимней Балки, когда они устроились на ночлег, всех ликвидировали. Послание я не читал, но, поди, опять угрозы в адрес тех, кто задерживает поставки. Ругается наверняка сволочь.

— Не говори так про наследников короны, Нид, — Игорь развернул свиток и подошёл с ним к окну, там светлее, — Проявляй уважение.

— Так ты же сам его…

— Мне разрешается, — Игорь поднял руку, заставив лэна замолчать и не мешать своему сюзерену читать и думать, — Так, — свернув послание, маршал с улыбкой повернулся к капитану янычар, — Пора. По Вашингтону. По Брюсселю. Фигашь, родной.