Глава 1
— Предупреждаю всего один раз, Павел Андреевич. К пациентам не прикасаться! А ещё лучше — вообще к ним не подходите без моего разрешения, — скрестив руки на груди, обратился ко мне мой наставник — Евгений Кириллович Гаврилов. — Надеюсь, вам всё понятно? Повторять не придётся?
Да, условия он выставил впечатляющие. Когда я готовился к трудоустройству в эту клинику, меня предупреждали, что взять меня смогут только на должность помощника лекаря.
Но чем же, интересно, я должен помогать, если мне даже пациентов доверять не хотят?
— Не постесняюсь спросить, и каковы же в таком случае мои обязанности? — спросил Гаврилова я.
Он едва заметно хохотнул, потёр ладонью свою лысую голову, после чего заявил:
— А вы как думаете, Павел Андреевич? Бумаги, бумаги и ещё раз бумаги. Документация! У меня пациентов много, протоколов за сутки набирается целая стопка. Их нужно ещё в медицинскую информационную систему вносить. А поскольку у меня на это времени не хватает, этим будете заниматься вы. Заодно почитаете истории болезни — научитесь чему-нибудь.
Судя по всему, Гаврилов сам не умеет работать с компьютером. Заполняет протоколы от руки, а потом заставляет кого-то всё это вбивать в систему.
Браво! Двойная работа! Получается, что помощник лекаря в его понимании — это обычный наборщик текста. Даже у медсестёр и санитаров работа куда более приближена к медицине, чем мои новые обязанности.
— Я уже знаком с медицинской документацией. И пациентов мне принимать уже приходилось, — подметил я. — У меня не нулевой стаж работы.
А уж если говорить откровенно, отработал я в медицине больше двух десятков лет. Но рассказывать об этом Гаврилову точно не стоит. Как и не стоит упоминать, что в прошлой жизни я был широко известным врачом-диагностом.
Телу Павла Булгакова, в котором я живу последние полгода, всего лишь двадцать три года. С многолетним стажем этот возраст никак не клеится.
— Знаю-знаю, — отмахнулся от моих слов Евгений Кириллович. — Я изучал вашу историю. Но работа в частной клинике не в счёт. Тем более, там главным лекарем был ваш отец. Он мог вам позволять делать всё, что угодно. А я не могу, — Гаврилов резко помрачнел. Поджал губы, поправил очки, после чего произнёс: — Кстати, примите мои соболезнования. До меня доходили слухи о том, что случилось с вашей семьей. Ваш отец, говорят, был хорошим лекарем.
— Благодарю, — спокойно кивнул я. — Но речь сейчас не о моей семье. Вернёмся к предыдущей теме. Я бы хотел работать с пациентами. Лекарской магией я владею. Способность к «анализу» тоже открыл несколько лет назад.