— У вас уретрит. Воспалён только самый нижний отдел выделительной системы. Гораздо ниже мочевого пузыря. Причём уретрит хронический, — объяснил я. — Подхватили вы его уже давно. Поэтому и боли не слишком резкие. Я назначу вам антибиотики. Пропьёте по схеме, и больше частые позывы вас беспокоить не будут.

Однако это ещё не всё. Уж больно меня смутила его фраза: «Как из фонтана!»

Уретрит такой проблемы не даст.

— Хм… А вот и вторая проблема, — просматривая электронную медицинскую карту Лукичева, произнёс я. — Вижу, вам Евгений Кириллович назначал мочегонные препараты. До сих пор их принимаете?

— Как это — мочегонные⁈ — удивился пациент. — Я ничего об этом не знаю. Лекарь Гаврилов мне от давления таблетки выписывал.

— А мочегонные — это и есть таблетки от давления, — пояснил я. — Евгений Кириллович не предупреждал?

— Да он особо и не разговаривает с пациентами, — махнул рукой Лукичев.

— Тогда поступим следующим образом. Я заменю ваши мочегонные на другие препараты от давления. На ваш организм это никак не повлияет. Давление всё равно будет стабильным, дозировки я откорректирую, — пообещал я.

— Ох, какое же облегчение! — улыбнулся мужчина и радостно почесал густые усы. — Когда мне сказали, что новый лекарь творит чудеса, я как-то не особо поверил слухам. Но теперь полностью переубедился. Спасибо вам, Павел Андреевич! Низкий вам поклон!

Творит чудеса? Вот это я понимаю — рекламная компания от Шолоховой!

* * *

— Погоди, Анастасия. Ты хочешь сказать, что позволила какому-то помощнику-выскочке принять дворецкого Шолоховых? — нахмурился Эдуард Дмитриевич Дубков. — Он что, работал прямо в моём кабинете?

Дубков рвал и метал. Последние два дня ему постоянно приходилось отлучаться во дворец. А поскольку он уже пять лет отвечал за здоровье семьи Шолоховых и их слуг, ситуация с новым лекарем вывела его из себя.

Дубков не привык делиться пациентами. Особенно теми, которые ему доплачивают за «дополнительные услуги». Конечно, деньги передают вне клиники. Ведь если об этом узнает начальство, Дубкову будет грозить увольнение.

Эдуард Дмитриевич узнал бы о произошедшем гораздо раньше, если бы ему не пришлось поехать на бал вместе со своими пациентами.

Глава семьи — Виктор Шолохов — настаивал, чтобы его добрый друг Дубков поехал на бал вместе с ним и его супругой. Здоровье у Виктора было ни к чёрту, поэтому за пределы императорского дворца без сопровождения лекаря он никогда не выбирался.

— Эдуард Дмитриевич, но иного выхода не было! — оправдывалась медсестра. — Пациент чуть не скончался прямо у вас в кабинете. Других лекарей рядом не было. Вы ведь все ушли на планёрку!