— Я служу василевсу Ираклию, да продлятся его дни до годов Мафусаиловых, и государыне императрице Мартине, сиятельный спахбод (1). Но то, что я скажу тебе сейчас, известно только мне. И, если захочешь выслушать, это будет известно тебе тоже.

— Ты замыслил измену? — сощурился полководец.

— Нет, — покачал головой Стефан. — Просто то, что я тебе скажу, есть великая ересь. Священники проклянут меня, если узнают. Они не жалуют предсказателей. Есть один колдун далеко на севере. И он прислал весть. Ему было видение о тебе и твоем будущем, сиятельный.

— Говори! — напрягся командующий. — Я очень надеюсь, что ты не безумец и не станешь шутить подобными вещами.

— У этой вести есть цена, сиятельный. И она немалая.

— Сколько? — брезгливо сморщился Шахрвараз.

Ему стало скучно. Еще один жулик, который хочет продать ему предсказание. Но, поскольку жулик был евнухом Ираклия, пусть скажет. Шахрвараз еще успеет раздеть его, побить палками и выгнать из лагеря.

— Ты вернешь Животворящий Крест, который хранится в Ктесифоне. Его не отдают под разными предлогами.

— Но как я смогу его отдать? — растерялся полководец.

— Сможешь, если мы заключим договор, — уверил его Стефан. — Тебе предсказано великое будущее.

— Я тебя слушаю, — кивнул Шахвараз. — Считай, что мы договорились.

— Предсказание таково! — нараспев начал изрекать Стефан. — Тебе, Хорем, именуемый также Фаррухан Шахрвараз, надлежит отправиться к городу Ктесифон и стать царем царей Персии.

— Что??? — остолбенел старый воин. — Но как ты…? Да как это возможно? Я же и сам собирался…

— Тебе надлежит взять в жены царевну Борандохт, именуемую также Буран и править совместно с ней. Она внучка императора Маврикия, и ваш брак будет освящен богами.

— Буран взять в жены? — задумался Шахрвараз. — Да, может получиться. Ее мать Мария весьма уважаема. Она дочь римского императора, как-никак.

— Это не все, — продолжил Стефан. — Вы должны править вместе, иначе ты очень скоро погибнешь.

— Как я погибну? — напрягся полководец. — И когда?

— Этого мне неизвестно, — с сожалением ответил Стефан. — Да, я думаю, это и неважно. Важно то, что ты станешь царем царей, если отдашь Крест Господень, и он до Пасхи окажется там, где ему надлежит быть. Персия наказана за то кощунство, что позволила себе в отношении этой святыни.

— Эй! — хлопнул Шарвараз в ладоши, а когда телохранитель просунул голову в дверь, сказал. — Начинайте собирать обоз. Мы выдвигаемся через три дня. А ты, слуга императора, поедешь со мной. Если я не стану царем царей, то ты станешь на голову короче.

— Конечно же, я поеду с тобой, великий царь, — хладнокровно ответил Стефан. — Кто-то же должен доставить святыню в Иерусалим. Пусть это буду я.