— Ты зачем в такие споры влезаешь? — открыл, наконец, глаза Сигурд. — Я, дружище, на тебя не злюсь, я же сам согласился. Пятнадцать солидов — хорошие деньги. Но ты ведь слабак, ты в кочевье и года не протянешь.
— Понимаешь, — вздохнул Стефан. — У меня выбора не было. Один очень важный человек до сих пор сомневается, что я могу делать безумные ставки. Надо его разубедить.
— Понятно! А я, пока валялся, новую вису сочинил, — стеснительно сказал Сигурд. — Послушаешь?
— Конечно, дружище, — вздохнул Стефан. — Куда же я денусь! Я теперь до конца своих дней готов твои висы слушать. Начинай!
1 Иберы — грузины. Их столица Тбтлада (Тбилиси) была взята штурмом и разорена хазарами во время византийско-персидской войны.
2 Кавказская Албания — Азербайджан и северный Иран, населенный азербайджанцами. Ее северной границей был Дербент, который называли Железными воротами. Стена длиной 40 км тянулась от Кавказских гор до моря и защищала Персию от нападений с севера. В описываемое время стена была взята хазарами.
3 Шад — это не имя, это один из высших титулов у тюрок, который давали членам царственного рода Ашина.
4 Ордос — гигантское плато на западе Китая, ограниченное с трех сторон изгибом реки Хуанхэ.
Глава 17
В то же время. Массилия (в настоящее время — Марсель). Бургундия.
Новая столица Бургундии наилучшим образом отражала предпочтения молодого короля. Ведь Массилия была портовым городом, связующим звеном всей Галлии с внешним миром. Сюда еще приходили суда из Империи и земель готов. Их стало куда меньше, чем даже полсотни лет назад, но старый порт, перешагнувший на вторую тысячу лет, все так же встречал корабли, как и при греках, и римлянах. Тут, как и везде, не осталось и малой части прежних жителей, а те, что все-таки остались, жили морем, и только морем. Они ловили рыбу, носили грузы в порту, нанимались на корабли и кормили моряков в харчевнях.
Массилия уверенно теснила своего основного конкурента — Арелат (1), который из помпезного имперского города стремительно превращался в захолустную дыру, где несколько сотен жителей скучились в стенах старого цирка. Море понемногу уходило от этого города, и корабли теперь поднимаются вверх по Роне, чтобы встать на якорь. Потому-то Марсель, обладавший прекрасной гаванью, и процветал. Райский, по сравнению с Нориком и паннонской степью климат привел Добряту в полный восторг, и он осел здесь, в торговом сердце своего королевства. Осел не один. С ним поселились его жены, Мария и Клотильда, брак с которыми особенного удивления ни у кого не вызвал. Короли франков в среде бургундской знати считались людьми, которых в приличные дома приглашали крайне неохотно, а потому любое их преступление против законов божеских и человеческих воспринималось с поистине христианским смирением. Если тебя самого не грабят, то это уже счастье великое. Господь терпел, и нам велел.