Сигурд же глядел на псов с немалой опаской. Его глаза шарили по сторонам, а сам он прикидывал, как бы расправиться с ними поодиночке. Осилить сразу двух псов, натасканных на человечью кровь, будет ой как не просто. Собаки охотничьи, значит, скорее всего, они сначала захотят обездвижить его. Он именно на это и рассчитывал, заматывая тряпками руки и ноги. Даже его бычьей силы может не хватить. Если он даст слабину, один из псов доберется до горла или порвет жилу на ноге. Тогда верный конец, за считанные минуты истечешь кровью.

— Ха! — хлопнул в ладони хан, и псари спустили собак с поводка.

Две серых мохнатых стрелы бросились на дана, который с проворством, непостижимым для такой туши, упорхнул вправо. Собаки, взявшие разгон, остановились и кинулись на жертву снова. Но следующий их бросок получился куда медленней, и одна из них чуть приотстала, прикрытая телом другой. Первый пес вцепился в голень Сигурда, пытаясь через слои ткани добраться до мяса.

— Раздери тебя Хель! — заорал Сигурд, потому что у пса это получилось. Стон воина напоминал рык раненого зверя.

Второй пес в прыжке сомкнул зубы на левом предплечье, отчего Сигурд застонал еще сильнее. Степняки заорали в восторге. Пришлый великан схвачен собаками, словно кабан-секач. Они истреплют его, повалят на землю и разорвут горло, напившись горячей крови. Истинным чудом было то, что огромный дан все еще стоял на ногах. Как только он упадет, ему конец. Это здесь понимали все, особенно воин с толстой цепью на шее и неуемной тягой к выпивке.

— Давай! — орал он, срывая горло. — Рви его!

Правая рука Сигурда оставалась свободна, и он огромной ладонью сдавил шею алаунта, грызущего его предплечье. Сдавил так, что хрустнул хрящ собачьего горла. Пес выкатил глаза и попробовал отпустить жертву, ставшую внезапно охотником, но было уже поздно. Его могучая шея смялась под рукой человека, словно шейка цыпленка, и тело пса было отброшено в сторону, как мусор. Второй пес, с упоением рвавший голень Сигурда, умер еще быстрее, и дан, из ноги которого хлестала кровь, встал перед Бури-шадом, подняв тела мертвых собак на вытянутых руках. Сигурд держал огромных псов легко, словно тушки убитых зайцев, но от потери крови его ощутимо покачивало. Степняки потрясенно замолчали, а потом заорали в восторге. Боги сегодня благоволили ромеям.

* * *

Стефан менял повязки на ноге Сигурда. Багровая опухоль уже спала, а лихорадка приходила все реже, возвращая силы двужильному дану. Доместик обмывал его прохладной водой и поил, когда того трясло в горячке. Сейчас наемник спал крепким сном, а значит, должен скоро поправиться. Все императорское посольство не смело тронуться в путь, пока Сигурд Эйнарссон, Ужас Авар, снова не встанет на ноги.