— Я все решила, — сказала она сама себе.
Сидри приподнялась, доползла до торчащих корней и, обращаясь в человека, выдохнула холодный пар. Обидно, что любимая маска осталась на сохранение пепельноволосой ведьме. Встретятся ли они снова? Большой вопрос.
— Клиф... — слизнула она свежую кровь с пальцев. — Надеюсь, ты продержишься, пока меня нет. — Смешок про себя. — Путь, мать его, неблизкий.
Когда регенерация справится, восстановит исполосованную кожу, Сидри придется пробираться через людские земли, опасаться преследования. Идти до тех пор, пока взору не предстанет Алая река, река скорби и напоминания. Река, где погиб самый свирепый клан среди волков. Могила Берсерков.
* * *
В этот день страница перевернулась. Бог сошел на землю. Волки и ведьмы, напуганные быстрыми переменами, потянулись под один стяг, человечество заряжало винтовки. А пришелец из другого мира занял место рядом с колесом судьбы и даже не ведал, что еще ему предстоит совершить…
…пока бьется его сердце.
Глава 39 Все на позициях
Пьетро
Круглый стол в главном капитуле, место сбора сильных мира сего. Этот зал уже долгие годы пустовал, и недавняя уборка сдула пыль. Тут не было никаких украшений, ничего лишнего. Только серый мрамор, светильники из кристаллов, стол и стулья. В центре, скрестив пальцы, сидел Гром. Он пришел первым, за час до назначенного времени, и ждал, думал.
Двери со всех сторон одна за другой начали открываться.
Первым к Грому присоединился:
— Доброе, мсье, — кивнул Ифрих. Комиссар Синих Волков. Статный мужчина со множеством медалей на груди. Широкие квадратные наплечники звенели металлическими кольцами. Зализанные назад волосы, гладко выбритое лицо, разноцветные глаза.
Эхо от его кожаных сапог отдалось по всему залу. Прошел, отодвинул стул, сел.
Следующим вошел жуткого вида мужчина с дыхательной маской, закрывающей нижнюю половину лица. Два фильтра по бокам источали пар при каждом вдохе. Энго. Комиссар Увертюрных Крыс. Из-за габаритов этому двухметровому великану приходилось пригибаться, чтобы пройти в дверь. Плотный и тяжелый плащ прятал все тело, а сгорбленная спина делала похожим на ворону. Плохо дышавшую, болотного цвета ворону.
— Как всегда, никакого этикета, — хмыкнул Ифрих.
— И вам, — протяжный вдох, — добра желаю, комиссар. — Голос Энго походил на скрежет наждачной бумаги по камню. В мимолетном жесте, отодвигая стул, показалась одна из рук Увертюрного. Она была непропорционально большая, обмотанная цепями.
— А, ещё не все? — с улыбкой зашел третий. — Главнокомандующий, — кивнул улыбающийся старик. — Ифрих, Энго. — Это был Босто. Комиссар Огненных Рыцарей. На вид щуплый, изборожден морщинами прожитых лет. Густая седеющая борода, несколько золотых зубов. Рыцарская броня. Но многочисленные шрамы на лице говорили, что за улыбкой скрывается бывалый вояка. Следы когтей, ожоги, порез через переносицу.