лет Лиз познакомилась с его отцом на уборке урожая. Вдовец искал мать для своих троих детей. Несмотря на сопротивление Ферри и буники, они поженились, и Лев стал их единственным общим ребенком. Лев едва помнил своего отца, тот погиб при оползне в горах, когда Льву было всего пять лет. То немногое, что он еще знал об отце, он старался восстановить в памяти: его руки, запах его серой меховой жилетки, его шаги в прихожей. И иногда, когда Лев входил в дом, ему казалось, что отец ждет там его возвращения. Мать говорила, что Дорин и Бредика похожи на отца, такие же зеленые глаза, как у него, его спокойствие и гордость. Она ему рассказывала и о своем покойном свекре. Он понимал, что между ними любовь; и ему было безразлично, что у них разная национальность. У Льва не было бабушки со стороны матери. Не было дедушки с отцовской стороны. У него не было отца. И Ферри отсутствовал так же, как они. За все эти годы он нечасто наведывался к ним в гости. После ужина, когда Лев со своим дедом выходил из столовой, кто-то поймал его за руку и отвел в сторону. Он не сразу узнал Ирину без привычного халата. — Вот, — сказала она и дала ему пакет. — Ты ведь хотел орехов, да? Вместо ответа он обнял ее. С пакетом в руке он побежал догонять своего деда. Лев и Ферри пришли, как раз когда солнце запуталось в ветвях платанов. Оно навесило на ветки жидких апельсинов, залило луга почти горизонтальным светом. Силуэт Лони казался размытым. Свет завладел ею, одновременно поднимались тени, и, пока белочки сбегались и луг не заполнился ими, на какой-то момент показалось, будто солнце растворило силуэт Лони, словно ее тело сейчас исчезнет вместе со светом. Они сели на скамью и стали кормить белочек. Ферри беседовал с Лоней, и даже если Лев предпочел бы остаться с ней наедине, его не огорчало, что дед пришел с ним сюда. Так он мог молча на нее смотреть. Он только удивился, когда Ферри позднее сказал, что в этой женщине таится большая печаль. Кинотеатр заполнился, красный занавес раздвинулся. Лев смотрел на рыцарей, на облака, перелетных птиц и внимал словам отца, который обещал своему ребенку «юность без старости и жизнь без смерти», чтобы тот перестал плакать. Смотрел, как сын отправился на поиски обещанного, потому что отец не мог сдержать свое слово, но видел только Лоню, сидевшую впереди наискосок от него. Во время ужина между сестрами произошла ссора, поначалу сдержанная, а потом такая шумная, что соседи по столу не могли ее игнорировать. Сестра Лони кричала, что больше не будет подыгрывать