потому что он его уже приговорил. - В твоих книгах написано что-нибудь насчёт таких, как этот? – светским тоном полюбопытствовал между тем мой телохранитель, и я отчётливо поняла: тянет время. Понять бы ещё, зачем. Или особой причины нет, просто это наилучшая тактика при отсутствии плана? - Очень даже написано, - ответила я. - И что, неужели даже лекарство существует? - Психопатия не лечится, - покачала головой я. – Это, в сущности, не болезнь. Просто научный способ сказать, что он ублюдок. Строго говоря, я хотела употребить другое слово, однако усилием воли заставила себя заменить его на нечто более цензурное. Кулак вен Тейза сжался сам собой, и я даже успела зажмуриться. В целом, чего-то подобного я и ожидала. Правильнее, наверное, было бы промолчать, но уж больно велик оказался соблазн высказаться напоследок. Не так уж много в жизни осталось удовольствий. Однако вен Тейз, похоже, передумал. Вместо того, чтобы нанести удар, он склонился ко мне и прошипел: - До корабля ещё несколько часов. Знаешь, сколько всего можно успеть за это время? Ответить мне помешал резкий голос Альдрига, эхом отскочивший от стен: - Хватит! Пора заканчивать. - Что заканчивать, простите? – с издёвкой осведомился граф. - Во-первых, мне тоже надоело. - Альдриг уже не выглядел невозмутимым; думаю, сейчас и совершенно не знакомый с ним вен Тейз отлично видел, насколько он зол. – А, во-вторых, я уже принял решение. - Решение? – рассмеялся граф. – Полагаешь, ты можешь принимать здесь хоть какие-то решения? И что же ты решил? Дальнейшее произошло буквально за несколько секунд. Пальцы левой руки Альдрига сложились в какой-то странный знак: средний и указательный вытянуты, а остальные три сведены вместе. Спустя мгновение связывавшая его верёвка загорелась и почти сразу рассыпалась пеплом; о том, что огонь был самым что ни на есть настоящим, красочно свидетельствовали свежие ожоги на запястьях. Впрочем, Альдриг как будто не обратил на них внимания; он вскочил, опрокинув табурет, и в руке его из ниоткуда появился меч, сотканный из синего пламени. Рукоять едва просматривалась, клинок казался скорее продолжением руки. Несмотря на необычный цвет, это определённо был именно огонь: синие язычки жадно лизали воздух. По правде сказать, зрелище было завораживающее. Но не менее приятным для взора был вен Тейз, отшатнувшийся в нескрываемом испуге. - Решил, что до казни ты не доживёшь, - запоздало ответил на вопрос Альдриг, рассекая лезвием воздух. - Этого не может быть, - пробормотал граф, и, словно