Глава 2
К моменту, когда я наконец-то оказалась в своей спальне, у меня совсем не осталось сил. Воистину, пустые разговоры утомляют порой почище работы. Впрочем, в моём случае они и были работой, и кое-какую полезную информацию мне удалось извлечь. Немного отдохну – и сделаю записи, с которыми по возвращении отправлюсь к министру. Любезно предоставленная в моё распоряжение горничная (свою я с собой не возила, предпочитая путешествовать в одиночестве) помогла мне избавиться от корсета и облачиться в удобное платье-неглиже. Она также принесла вино, фрукты и клубничный сок, положила на столик запасные свечи, а затем с моего разрешения оставила меня одну. Я блаженно выдохнула. Тишина, спокойствие, комфорт. Не надо поддерживать нудных бесед, не надо примерять маски, можно спокойно распоряжаться своим временем. Я бросила взгляд на напольные часы, громоздкие и кричаще дорогие, как, в общем-то, и всё в этом дворце. Не то чтобы в других дворцах обстановка была особенно скромной, и всё-таки жилище герцогини выделялось откровенной безвкусицей. Впрочем, возможно, это следовало списать на пресловутое различие культур. То, что считается безвкусным у нас, здесь, в герцогстве, много торгующем с Заморьем, могло оказаться вполне уместно и даже изысканно. Время детское: половина десятого. Я ложилась спать далеко за полночь, посвящая поздние часы чтению и работе. Это, конечно, в тех случаях, когда мне не следовало присутствовать по долгу службы на светском рауте или на балу, каковые обычно заканчивались очень поздно. Что ж, решено: сейчас я прилягу, немного отдохну, очищу свой ментальный фон от магически перехваченных эмоций, а затем сяду за работу, благо помимо напитков и фруктов на столике имелись бумага и чернила. Дверь открылась и закрылась практически беззвучно, но огоньки на свечах заколебались от движения воздуха, и это заставило меня обернуться. И обнаружить, что в спальне я уже не одна. Лицом ко мне стоял молодой мужчина, босой и совершенно обнажённый выше пояса, из одежды на нём были лишь простые чёрные штаны. Тёмные волосы почти доходили до плеч. На левой руке, чуть ниже локтевого сгиба – такое же клеймо, как и у давешней рыженькой девушки. А на запястьях – отчётливые красные следы кандалов. Это уже в отличие от девушки. Красивый. Причём мужской красотой, не смазливой. Правильные черты лица, высокий рост, в меру широкие плечи. Мускулатура впечатляла. Те, кто его сюда отправил, определённо знали, что делают, велев ему прийти без рубашки. Раб. И мне примерно понятно, из какой