комнаты в этом случае или нет, но соблазн бесспорно был бы велик. Но кстати, раз уж я вспомнила об Альдриге… Я встала из-за туалетного столика и взяла в руки баночку с мазью. - Вставай и снимай рубашку. Спутник поглядел на меня исподлобья, совершенно не обрадованный таким поворотом. Он уже устроился на одеяле, опираясь спиной о свёрнутую куртку, которую, в свою очередь, пристроил вплотную к стене, и вставать до завтра, видимо, не собирался. Но я всем своим видом давала понять, что не передумаю, и он, вздохнув, всё-таки послушался. Стянул через голову рубашку со шнуровкой и нехотя уронил её на одеяло. И остался стоять, будто окаменев, рядом с обустроенным на ночь местом. - Давай сначала руки. Казалось бы, самым естественным было вытянуть руки горизонтально, чтобы подставить мне запястья. Но Альдриг согнул их в локтях и поднял вверх, сжав кулаки так сильно, что отчётливо проступила каждая прожилка. Окунув в баночку указательный и средний палец, я набрала мазь и стала аккуратно втирать её в кожу там, где в неё, казалось, намертво впечатались следы от кандалов. Начала с правой руки, потом переключилась на левую, с предплечья которой на меня смотрело клеймо в форме руны. След, который нельзя свести. Он остаётся навсегда, внутри и снаружи. - Теперь повернись спиной, - сказала я, закончив с запястьями. Он повернулся. Я плавно провела ладонью сверху вниз, не прикасаясь, только снимая иллюзию. И невольно зажмурилась, настолько неприятной была открывшаяся взору картина. Хорошо, что я купила мазь, и что её много. Но стоило мне дотронуться пальцами до его спины, Альдриг вдруг резко развернулся, перехватил мою руку и сжал её с такой силой, будто хотел раздавить. Баночка упала и покатилась по полу; к счастью, содержимое было достаточно густым, чтобы не расплескаться. Я зашипела от боли. Спустя буквально пару секунд Альдриг ослабил хватку. Потом наконец выпустил запястье. Он тяжело дышал, но взгляд постепенно становился осмысленным. Я отошла, наклонилась, чтобы поднять баночку. Посмотрела на руку. Пока ничего не заметно, но хороший синяк мне гарантирован. Подняла взгляд на Альдрига. - Не нужно, - быстро сказал он. Дыхание всё ещё не выровнялось, и он смотрел на меня с гремучей смесью настороженности и сожаления. - Ты не сможешь сам себе обработать спину, - попробовала объяснить я. - Неважно. Обойдусь. - Ты её не видел, но наверняка чувствуешь, - настаивала я. – Ничего хорошего не будет, если оставить как есть. Я попыталась просто обойти его и начать заново, но он повернулся